Наталия Вико - Шизофрения

— Основные цвета алхимии? — вставила Александра.

— Совершенно верно, — кивнул Питер и снова замолк.

— А что еще вам сказала Асет? — вернула Александра собеседника к теме его контактов.

— Асет сказала мне, что там под Сфинксом находится ампула с «семенем Асура», которую туда спрятали до лучших времен. Эликсир вечности.

— Современная медицина позволяет сохранять генетический материал, но при особых условиях хранения в криоцентрах, — заметила Александра.

Питер не обратил внимания на ее слова, будто снова мысленно перенесся в другое место.

— Если бы вы знали, как она прекрасна без покрывала! — вдруг восхищенно воскликнул он. — Как сама Природа!

— Вам она являлась без покрывала? — скептически поинтересовалась Александра.

Питер кивнул.

— Но ведь ни один смертный не смеет заглядывать под покрывало Асет, — продемонстрировала она знание предмета, испытующе глядя на Питера. — Значит, вы бессмертны?

— Посмотрим, — опустив глаза, уклонился он от прямого ответа, — лет через сто.

— Боюсь, я не доживу, — улыбнулась Александра.

— Не зарекайтесь, — по лицу Питера скользнула тень улыбки.

— Так, по-вашему, Асет, Асур, Сет, Хор — реальные исторические персонажи? Дети богов — полубоги-полулюди?

— Если руководствоваться мифами и легендами, Асет сочетала в себе и женское и божественное начало. Двойственная природа, как у Иисуса Христа, — добавил он, тем самым предложив гостье самой ответить на свой вопрос. — Когда всем людям будет дано право заглянуть под ее покрывало, они получат дар бессмертия и познают все тайны природы и мироздания. Все просто.

— Н-да… Очень просто! — не смогла не согласиться Александра, чтобы не расстраивать радушного хозяина.

— Еще многое надо понять и постигнуть. Я потому и нахожусь именно здесь, на этой земле. В Египте. Она сказала, что все должно произойти здесь.

Естественный вопрос «Что все?» был готов сорваться с языка Александры, но разговор был прерван резким телефонным звонком, раздавшимся с кухни. Питер поднялся и, извинившись, торопливо вышел из комнаты.

— Хелоу! Все о кей. Да, здесь. Все помню, — успела услышать она, после чего дверь на кухню закрылась.

Через несколько минут, когда он вернулся, Александра сразу заметила перемены. Неторопливый и расслабленный в ходе беседы, Питер выглядел собранным и сосредоточенным. Его поле зрения будто сузилось до узкого коридора, как у овчарки, увидевшей добычу, кроме которой ничего больше не существует.

«Господи, — забеспокоилась Александра, — как телефонные разговоры действуют на мужиков! Могу предположить, что это был неожиданный звонок от любящей жены, которая вот-вот должна появиться и он, естественно, немного беспокоится, чтобы она не приняла меня за любовницу. Значит, танцев при свечах не будет и пора уходить» — сделала она вывод.

— У вас очень красивые руки, — неожиданно сказал он, снова опускаясь на подушки напротив и внимательно, взглядом скульптора или художника, рассматривая кисти рук Александры.

«Приятно! Вот что значит, накладные ногти по самой современной технологии!» — с удовлетворением подумала она. — Надо будет позвонить Аллочке — ее искусство замечено на международном уровне! И Питеру обязательно сказать что-нибудь хорошее».

— О, спасибо Питер! А у вас, — она задумалась на секунду — хотелось избежать банальности и затасканных стандартов, — очень красивые ноги! — неожиданно для себя самой отвесила американцу оригинальный комплимент.

Такой богатой гаммы чувств на лице мужчины она не видела уже давно. Пожалуй, даже никогда не видела. Столько радости – и вся на одном лице.

«Именно за это иностранцы и любят русских женщин. За неординарность мышления и поведения. Просто забыть никогда не могут», — успокоила она себя и, воспользовавшись паузой, поднялась с подушек, хотя после долгого сидения это было не просто сделать — ноги затекли.

— Питер, мне пора. Спасибо за беседу и кальян.

Американец торопливо поднялся вслед за гостьей.

— Не могу поверить, что это вы, — снова повторил он странную фразу.

«Пока он пребывает в растерянности и опять не может поверить, что я — это я, можно задать ему еще пару вопросов, — сообразила Александра, — тем более что о главном я еще ничего не узнала».

— Питер, кстати, вы что-нибудь знаете о групповых самоубийствах в пирамидах? — небрежно спросила она.

Питер опустил глаза, будто надел непроницаемую маску на лицо.

— Я в этом не участвовал, — тихо сказал он.