Наталия Вико - Шизофрения

— Здесь на берегу великой реки, наблюдая закат солнца, хочется разговаривать о вечном, — торжественно сказал Пал Палыч, устроившись на скамейке.

— Или молчать, — высказала свою точку зрения Марина.

— Но тоже о вечном, — с улыбкой добавил Пал Палыч.

— Так вот, — пресекая зарождающуюся дискуссию о том, что лучше делать на берегу реки, Онуфриенко повернулся вполоборота к Александре и продолжил:

— Вообще-то первоначальный язык человечества — язык Адама — имел устройство, близкое к современному классическому арабскому языку.

— И Евы, — сказала Александра.

— Что Евы? — удивленно спросил Сашечка.

— Язык — Адама и Евы, — с улыбкой пояснила Александра. — Сам подумай, зачем Адаму язык, если поговорить не с кем?

Пал Палыч рассмеялся.

— А-а, вот ты о чем, — сказал Онуфриенко , но предпочел не углубляться в тему. — Так вот, — продолжил он, — изначально арабский язык имел разговорный вариант, из которого развился русский язык. Поэтому арабский и русский — системные языки мозга.

Александра покосилась на Пал Палыча, который, хотя и делал вид, что увлечен созерцанием движения нильской воды, судя по всему, прислушивался к беседе.

— На сочетании этих двух языков, — продолжал пояснения Онуфриенко, — происходят процессы порождения мыслей в головном мозге. Скажу больше, с их помощью проходят и физиологические процессы в организме, причем, независимо от этнической принадлежности человека.

— Физиологические процессы — это когда кушать хочется? — не удержалась Александра, принюхиваясь к запаху жареного мяса, принесенного легким ветерком из кафе неподалеку.

— Ну да! — улыбнулся Сашечка. — Причем тем, кто знает оба языка, кушать хочется намного меньше.

Марина хмыкнула.

— Впрочем, — Онуфриенко поправил очки, — если не интересно, о системных языках мозга можно поговорить и в следующий раз, — вопросительно посмотрел на Александру. — Но тогда ты много чего не узнаешь.

— Нет, нет, продолжай Саша, мне правда интересно, — подбодрила она рассказчика.

— Во-от, — одобрительно протянул рассказчик, — значится, все-таки, женское любопытство одержало верх. Обещай не упоминать о еде хотя бы полчаса — тогда расскажу еще много чего интересного.

— Не любопытство, а любознательность, — поправила его Александра.

— Так вот, — продолжил Онуфриенко, — библейский сюжет о нарекании Адамом животных фактически является прямым указанием, с чего надо начинать расшифровку праязыка. Каждый вид животных отличается весьма характерными повадками, свойственными только данному виду. Как раз эти повадки и отражаются в скрытом виде в их названиях. Почему, например, в русских сказках лиса всегда хитрая обманщица, а сорока — воровка? Да потому что именно так эти слова переводятся при написании по-арабски. Названия животных мотивированы, как слово «трясогузка» в русском.

— Вы что, с Пал Палычем в одной школе у Вашкевича учились? — поинтересовалась Александра.

Пал Палыч одобрительно заулыбался, восторгаясь то ли бывшей слушательницей, запомнившей фамилию ученого, то ли собственным лекторским мастерством.

— Ага, — кивнул Сашечка. — В школе возвращения к утраченной мудрости, в которой не спят на уроках на задней парте, не учат догмы наизусть, а размышляют, — подтвердил он, ничуть не смутившись. — К счастью, с наступлением эпохи Водолея человеческое общество переживает период просыпания и возвращение к утраченным знаниям.

— Кришнамурти говорил, что мы живем в век великого пробуждения человеческих душ, — вступила в разговор Марина. — Большинство людей живут, будто они — сомнамбулы, и даже не осознают, для чего они явились в этот мир и как вписываются в великую схему событий. Для человека на самом деле огромнейшая проблема — проснуться, испытать озарение с основательным сдвигом в системе понятий, — бросила взгляд на Александру. — И, знаете, что самое важное? Самое важное — не быть лунатиком, а быть готовым к восприятию жизни.

— Между прочим, все эффекты нормального и аномального поведения личности, болезни и исцеления тоже могут быть объяснены с помощью языка Адама, — продолжил Онуфриенко, явно подкидывая Александре-психиатру тему для размышлений. — С его помощью могут быть выявлены и программы развития человеческого общества в целом.

— Поэтому этимология— не столько наука о происхождении слов, — не выдержав включился в разговор Пал Палыч, — сколько наука об их сокрытых значениях. Современное языкознание, пытаясь раскрыть этимологию слов, вот уже более полутора веков блуждает в потемках, так и не найдя логического объяснения ни одному непроизводному слову.