Владислав Глушков - Княжа булава

— Что силы, разве может хоть один предмет обладать какой либо силой? Силой обладает человек этим предметом владеющий, — философски заметил Юрий Карлович.

— Согласен, но и на предмет этот человек накладывает свой отпечаток. Но это не столь важно, мы собрались здесь не разбираться в тонкостях биоэнергетики. Говорите Вашу цену.

— Вот это уже деловой разговор, — согласился Шмыголь, — пятьсот тысяч, столь приятных Вашему сердцу Американских рублей.

— Вы от скромности не умрёте, нет, я не стану тратить такие деньги на неизвестно что, — заключил недоверчивый скептик, — Всего доброго господа, потом, когда получите эту штуку, пожалуйста, покажите мне её в натуральном виде, если конечно не побоитесь вообще её кому-либо показывать. Он встал, поклонился кивком головы и вышел из кабинета.

— Итак, господа, может ещё, кто решит отказаться от сомнительной затеи? — Поинтересовался Шмыголь.

— Не верю я Арсену, — вместо ответа на вопрос произнёс ещё один участник собрания, — не тот он человек, что бы сходить с дистанции, наверняка, что-то замутить решил. А это уже не по правилам.

— Да, странно он повёл себя, может у него уже есть договорённости с этим, как его, Поздняковым? — Предположил тот, что более активно здоровался с Юрием Карловичем.

— Нет, такого не может быть, я держу ситуацию вокруг Виктора Сергеевича под контролем, он ни с кем не встречался, со времени нашего разговора, и в точности придерживается достигнутых договорённостей.

— А может он вообще хочет уйти из большой политики, — предположил ещё один участник собрания, — всё-таки возраст у него уже, да и здоровье в последнее время стало подводить.

— Возраст да, но на здоровье Арсен никогда не жаловался, — возразил тот, что первым высказал недоверие.

— Всё когда-то бывает в первый раз, — глубокомысленно заявил знакомый Шмыголя, он из всей компании был самым молодым, — Я вот тоже раньше никогда от похмелья не страдал, а вчера просыпаюсь и сам не свой, голова просто раскалывается. Я лекаря к себе, а он только в глаза мои глянул и так грустно говорит: «Завязывать нужно Геннадий Владимирович с алкоголем, иначе и до инсульта недалеко». Перепугался я тогда не на шутку.

— Да, ты себя-то не ровняй с Арсеном, мы вообще удивляемся, как ты при таком образе жизни до сих пор ещё землю топчешь.

— Господа, а Вы не сильно отвлеклись от разговора? — прервал спор Юрий Карлович, — может, всё-таки перейдём к делу?

— Да, господа, нет смысла тянуть, — согласился тот, что начал разговор о здоровье Арсена, — нас осталось трое, я думаю, не стоит ломать комедию, подумайте и назовите свою цену.

— Да, господа, — поддержал его Юрий Карлович, — перед каждым из Вас лежат блокнот и ручка, напишите на листочке Вашу цену и отдайте мне, после чего я просто назову наивысшую сумму, если кто-то решит заплатить больше, процедуру повторяем, до тех пор, пока не останется один, единственный претендент. Всех устраивает такая система?

— Да, — согласились соискатели и принялись что-то рисовать на бумаге.

— Высшая ставка семьсот пятьдесят тысяч, — объявил Юрий Карлович. — Кто-то готов пересмотреть свои ставки?

Процедура повторялась ещё пять раз, пока на одном из листочков не появилась надпись — три миллиона. Эту цифру оспаривать уже ни кто не захотел. Юрий Карлович не стал называть имя победителя, он просто сказал, что как только артефакт будет доставлен в Украину, он свяжется с победителем аукциона и после оплаты товара, передаст ему булаву. Такой исход дела всех устраивал, оставалась интрига, ни кто из них не знал имени победителя, за исключением, конечно, самого победителя, и это устраивало в первую очередь Шмыголя. В мутной воде, как говориться, всегда лучше рыбу ловить, а рыба на наживку клевала очень крупная. Это была самая крупная сделка Юрия Карловича за весь период его посреднической деятельности, он был очень доволен собой и решил, что сразу после окончания этой сделки отойдёт от дел и уйдёт на покой. Он первым покинул ресторан сел в машину и выехал со стоянки. Неожиданно зазвонил телефон, в это время Юрий Карлович не ждал звонков и был крайне удивлён.

— Слушаю вас.

— Юра, и чем закончились торги? — Прозвучал в трубке голос Арсена.

— Один победитель, Арсений Петрович.

— Я не про это спрашиваю, меня интересует сумма. — В голосе собеседника послышались нотки раздражённости.

— Арсений Петрович, Вы прекрасно понимаете, что я не могу назвать Вам сумму, Вы добровольно отказались от участия в торгах.