Владислав Глушков - Княжа булава

На лицах людей появились радость и удивление, Виктор Сергеевич не знал, насколько дружественными были отношения между его предком и персоналом, работавшим в доме, но он поступил так, как поступил. Потом только посмотрел на Жака, получил одобрительную улыбку и во главе семейства пошёл за ним в столовую. Там уже суетилась Ивета, молоденькая девушка, лет двадцати, она была дочерью кухарки, и как большинство персонала работала в доме как бы по наследству. Когда-то её обязанности исполняла её мать, пока ещё была жива бабушка, занимавшаяся в то время кухней, потом бабушка умерла, мать перешла на кухню, а Ивета начала работать горничной. Она торопилась накрывать стол, дело в том, что изначально он был накрыт только на семью Виктора Сергеевича.

…

Так начался первый день пребывания Поздняковых в поместье. А теперь прошла уже неделя, неделя, на протяжении которой Виктор Сергеевич пытался разобраться со всем хозяйством. Его семья тоже не сидела, сложа руки, Ольга Юрьевна с головой ушла в домашнее хозяйство, она ездила на рынок за продуктами, выбирала всё вместе с мадам Клори, часто советуясь, и одновременно учась местным обычаям и традициям. Дочери же принялись изучать экономику предприятий и домашнего хозяйства. Они обе учились на экономическом факультете, поэтому для них экономика реального, да ещё и Французского предприятия были очень интересны. Старшая Мария, уже заканчивала обучение, ей оставалось постигать науку всего полгода, а вот младшая, Татьяна, была ещё только на втором курсе, но она тоже с интересом погрузилась в работу. Кроме того, девочки подружились с Иветой, и вечерами все вместе пропадали. Ивета знакомила их с ночным городом, водила на дискотеки, в общем, вовлекла в молодёжную жизнь. Они возвращались ближе к полуночи, валились с ног от усталости, а рано утром были уже на ногах и в деловых костюмах вновь отправлялись в офис управляющей компании.

Вся эта помощь была очень кстати, и Виктор Сергеевич смог, не отвлекаясь на текущие дела, углубиться в изучение архивов. Ему нужно было найти следы булавы. Неделю он не покидал кабинета, где разбирал все бумаги, внимательно прочитывал всё, что было написано на русском языке. Просил помощи у господина Орли, в прочтении бумаг на французском. Но так ничего и не мог найти. Он сидел, за заваленным бумагами столом охватив руками голову и ни чего, не понимая. Были разобраны последние бумаги из личных архивов, ни малейшего намёка даже на существование булавы, не то, что бы на её местонахождение. Единственное, что нашёл Виктор Сергеевич в маленьком сейфе, вмонтированном в стену в кабинете, и очень тщательно замаскированном, так это ключи от трёх банковских ячеек. Ключи были очень старыми, и почему-то их было больше, чем самих ячеек, которые арендовала когда-то Ольга Флёри. Семья платила постоянно за аренду трёх ячеек, а вот ключей оказалось четыре, причём четвёртый немного отличался от остальных трёх.

«Интересно, — подумал Виктор Сергеевич, вертя в руке четвёртый ключ, — ладно эти три понятно, на них эмблемы банка, и ячеек всего три, значит они именно от тех ячеек. Тогда от чего вот этот? Он очень похож на остальные, но есть и отличия. Нет, положительно нужно ехать тебе Виктор Сергеевич в Цюрих, здесь, похоже, следов булавы не отыскать. А с другой стороны. Зачем мне эти следы? Если я не думаю возвращаться домой, а я пока не думаю, она мне особо и не нужна. Если лежит себе где-нибудь, то пускай и дальше лежит». Его раздумья прервала Ивета.

— Месье, — она постучала в двери кабинета и вошла, — извините, месье, что вынуждена оторвать Вас от дел, но к Вам какой-то господин. Я ему сказала, что Вы заняты, но он настаивает, говорит, что это безотлагательное дело.

— Кто такой?

— Я не знаю, месье, он не представился, но очень настойчив, и, — здесь она запнулась.

— Что «И», Ивета?

— Похоже он русский.

— Понятно, — слово русский, несколько смутило Виктора Сергеевича, он на минуту задумался.

— Так, что мне передать господину, прервала его размышления Ивета.

— Да, извини, я отвлёкся, проводи, пожалуйста, господина в гостиную, я сейчас спущусь.

— Хорошо, месье.

«Интересно кого это черти принесли, — подумал Виктор Алексеевич, убирая назад в сейф ключи, — неужели соискатели булавы объявились. Вполне возможно, коль они узнали про наследство, наверняка знали и про место расположения этого самого наследства. Нет, видимо погорячился я, когда расставался с телефонами и карточками. Столько номеров потерял. Да ладно, что сделано, то сделано».