В универмаге Бэрроуз, улучив минуту, тихонько ускользал в отдел украшений, где всегда покупал одно и то же — детский браслет из цветных стекляшек. Перед сном украдкой клал браслет под подушку, иногда в эту ночь видел сны, а наутро спускал покупку в уборную.
Брон отошел от остальных и стоял, словно бы разглядывая витрину «Все для оранжереи», но ничего не видел. Я должен принять и это. Ненависти он никогда не понимал. Откуда она берется, ненависть?
К нему неслышно подошел один из пациентов.
— Оуэн, вы разве не собираетесь что-нибудь купить?
— Мне ничего не хочется.
— Тогда, может, дадите мне взаймы?
— Пожалуйста, если не боитесь нарушить правила.
— До смерти люблю сласти. А в нашем киоске мне все так надоело. Вы случаем не заболели? — Он заметил, что Брон беззвучно шевелит губами.
— Прекрасно себя чувствую. Просто подумал, успею ли кое-что изменить в моей заметке для «Аргуса».
— Вот о чем не стал бы беспокоиться, дружище. Вы слишком к себе строги. А работаете великолепно.
Из универмага все направились в кафе выпить чаю с бисквитом, расплачивался за всех служитель, а потом стоимость чаепития вычитали из заработанных ими денег. Они расселись за двумя столиками, оставленными для них в глубине, и официантка, которая, как и все в городе, знала, кто они такие, с преувеличенным дружелюбием тотчас подала, что требовалось. Это тягостное внимание, которое стеной отгораживало их от прочих людей, всегда было главным их огорчением, насколько они вообще могли позволить себе огорчаться.
После чая Бэрроуз вынул из кармана библию и несколько минут читал и раза два даже усмехнулся, делая вид, будто забавляется приключениями Джеймса Бонда. Служитель посмотрел на старинные часы, тяжко тикавшие в углу, и сказал:
— Не торопитесь, джентльмены, но нам пора.
— Я вас догоню, — сказал Брон.
Он зашел в туалет, вымыл руки, причесался и пристально посмотрел на себя в зеркало. Надо принять и это.
Когда он вышел на улицу, остальные, уже утомленные свободой, без особого порядка ушли к стоянке автобуса, и он увидел только троих. Во время таких поездок их охраняли спустя рукава. Директор полагал, что узников, получивших право на эти прогулки, верней всего охраняет страх лишиться благоприобретенной привилегии.
Стоял один из тех осенних дней, когда вдруг чудом воскресает лето, — день, когда все чувства обострены, в свежем прохладном воздухе все звуки особенно звонки, а солнце, пока еще яркое, золотит чердачные окна, шиферные крыши и вершины деревьев. Город был полон движения, всюду слышались велосипедные звонки, смех торопящихся домой прохожих.
Еще несколько секунд — и последний спутник Брона скрылся из виду в толпе, а он повернул в другую сторону. Городок был невелик, скоро Брон вышел на окраину и очутился на перекрестке, у дорожного столба с указателем: «Бристоль, Запад». Это было почти как приказ, и, едва Брон успел решиться, рядом затормозила машина.
Брон сел в нее.
— Куда держите путь?
— В Южный Уэльс, — сказал Брон. — Буду продвигаться в ту сторону.
Он сидел молча, откинувшись на сиденье, а мимо проносились поля, деревни.
Бринарон. Если повезет, к утру буду там. Хотел бы я знать, где я найду Кэти…
НОРМАН ЛЬЮИС
ДЕНЬ ЛИСИЦЫ
ОТ РУКИ БРАТА ЕГО
РОМАНЫ
ПЕРЕВОД С АНГЛИЙСКОГО
Москва
«РАДУГА»
1985
ББК 84.4Bл
Л91
Предисловие В. Ивашевой
Редактор Н. Шемятенкова
Льюис Н.
Л91 День лисицы. От руки брата его: Романы. Пер. с англ./Предисл. В. Ивашевой. — М.: Радуга, 1985. — 352 с.
В романе «День лисицы» известный британский романист Норман Льюис знакомит читателя с обстановкой в Испании в годы франкизма, показывает, как во всех слоях испанского общества зреет протест против диктатуры.
Другой роман, «От руки брата его», — психологическая драма, развивающаяся на фоне социальной жизни Уэльса.
Л 4703000000—607 КБ—53—7—85.
030(05)—85
ББК 84.4Вл
И (Англ)
Норман Льюис
ДЕНЬ ЛИСИЦЫ
Роман
ОТ РУКИ БРАТА ЕГО
Произведения, включенные в настоящий сборник, опубликованы на языке оригинала до 1973 г.
© Предисловие и перевод на русский язык издательство «Радуга», 1985
ИБ № 2987
Редактор Н. Д. Шемятенкова
Художественный редактор H. Н. Щербакова
Читать дальше