Мила Иванцова - Живые книги

«Откуда бы он мог взяться?» — удивилась Амалия и огляделась вокруг.

Она рассматривала обложку журнала. Тот был не новым, двухлетней давности. Внутри лежала закладка. Амалия открыла на той странице и подошла ближе к освещенному окну. Маленькая статья о кошках известных в городе людей. Фотография пожилой женщины, на руках которой удобно устроилась… Сильва!

— Ничего себе! — выдохнула Амалия и пошла в квартиру, чтобы под лампой почитать подробности из жизни своей новой подружки.

Как оказалось, бывшая хозяйка Сильвы была детским врачом со стажем работы более пятидесяти лет! А кошку едва живым слабым котенком она вытащила из мусорного бака и выходила. И верное животное было и другом, и развлечением пенсионерки.

— Вот как?! — удивилась Амалия. — Сильва! Сильва, смотри, кто это?

Кошка подошла, взглянула на журнал. То ли увидела что-то своим кошачьим зрением, то ли почувствовала, но пронзительно печально посмотрела в глаза новой хозяйки, отвернулась, вышла на балкон и улеглась в кресле.

— Киса, киса… — вздохнула хозяйка. — Вижу, нет уже твоей хозяйки… Ведь квартиру продавала какая-то молодая пара, выезжавшая за границу… И ты, бедная, совсем одна на этом свете…

Она почитала статью, подумала, что, видимо, этот журнал перекинула ей со своего балкона старушка соседка. Других реальных версий не было. Видимо, они дружили с бывшей хозяйкой. Но почему-то соседка не слишком стремилась к разговорам с Амалией. Странно, ведь пожилые люди любят поговорить. А может, ей хватало встреч на лавочке с другой бабушкой. Или просто не понравилась «замена», въехавшая в квартиру бывалого врача, кто знает?

Женщина улеглась на кровати, листала журнал и пробегала глазами другие статьи. Вдруг внимание ее привлек эпиграф к одной публикации, где из картинок было только старое черно-белое фото мужчины.

«В нашу жизнь приходит радость, когда у нас есть чем заняться, есть кого любить и есть на что надеяться». (Виктор Франкл)

Она снова внимательно перечла эту фразу и будто почувствовала внезапную концентрацию сознания на ней. Взялась читать дальше. Это была статья-рассказ именно об этом господине Викторе Франкле, которого называли основателем «логоанализа» в психотерапии. Такого термина Амалия еще не слышала и с интересом узнала, что, согласно его теории, движущей силой человеческого поведения является стремление найти и реализовать существующий во внешнем мире смысл жизни. Такое видение отличается от других теорий (стремления к власти или к удовольствиям).

Она задумалась, разглядывая портрет пожилого мужчины в очках, а затем снова осторожно, но с интересом вернулась к чтению.

Оказывается, известный австрийский психиатр еще до Второй мировой войны глубоко изучал психологию депрессий и самоубийств. В 1933–1937 годах Франкл возглавлял так называемый Selbstmörderpavillon, отделение предотвращения самоубийств в одной из венских клиник, пациентами которой стали более тридцати тысяч женщин, склонных к суициду. Однако с приходом к власти нацистов в 1938 году Франклу запретили лечить арийских пациентов из-за его еврейского происхождения. Но не это поразило Амалию, а то, что пришлось пережить ему в годы войны в нацистском лагере. И то, КАК он это пережил.

Двадцать пятого сентября 1942 года Франки, его жена и родители были депортированы в концентрационный лагерь Терезинштадт. Все время своего пребывания в концлагере Франкл посвятил врачебной деятельности, конечно, тайно от СС. Вместе с другими психиатрами и социальными работниками со всей центральной Европы он оказывал заключенным специализированную помощь. Задача службы состояла в преодолении их первоначального шока и оказании психологической поддержки.

Особое внимание было уделено «группе риска» — эпилептикам, психопатам, «асоциальным», а кроме того, всем пожилым и немощным. Врачи пытались устранить у этих людей психический вакуум, который можно описать словами одной пожилой женщины: «Ночью я спала, а днем страдала». Активную роль играл также берлинский психиатр доктор Вольф, который использовал метод «аутогенной тренировки» Шулъца в лечении своих пациентов. Сама методика аутогенной тренировки (самовнушения в состоянии релаксации или гипнотического транса) была достаточно сложной для выполнения в условиях лагеря, но основную задачу все-таки выполняла: с ее помощью удавалось хотя бы мысленно отдалять людей от места их нахождения. Сам Франкл часто пользовался этой методикой, чтобы дистанцироваться от окружающих страданий.