Мила Иванцова - Живые книги

— Вот если бы у меня был с собой зонтик, то я бы его по крайней мере открыла! — резюмировала поступок незнакомой женщины девушка, которая топталась на несколько ступенек выше, прямо в дверях супермаркета, держа в руках полулитровую пачку питьевого йогурта.

— Если бы у меня был зонтик, я бы дал его тебе, а тебя понес бы на руках! — развил гипотетическую ситуацию парень, стоявший возле нее, и обнял подругу за талию.

— Но зонтиков у нас нет, и мы, как два пенсионера, стоим и боимся дождя! — вызывающе посмотрела ему в глаза девушка, и для этого ей пришлось запрокинуть голову вверх, ведь она едва достигала плеча своего спутника.

— Ну, я бы не стал расписываться за обоих! — проурчал ей в затылок парень, коснувшись пальцами горячего девичьего тела между короткой футболкой и шортами. — Я в пенсионеры не записывался!

— Неужели? — ущипнула его за руку девушка.

— А то! — ответил он, подхватил миниатюрную подружку на руки и бросился с нею под дождь.

— ГОООООООООЛ! — вырвалось одновременно из многих окон.

— Ааааааааааа! — закричала девушка.

Они жили в соседних дворах и знали друг друга с детства, хоть и учились в разных школах. Женька бегала в ближайшую пролетарскую общеобразовательную школу их микрорайона и училась там выживать, а Илья закончил лицей, за который родители выплачивали немалые деньги, а потом они же протолкнули его в коммерческий вуз — не в армию же ребенку идти? Правда, «ребенок» ростом метр девяносто не очень-то и хотел учиться, но все же пользовался продленным родителями беззаботным детством. Поэтому не из нужды, а скорее чтобы выглядеть среди друзей «самостоятельным мужиком», он иногда зарабатывал свою копейку, фотографируя свадьбы, крестины и другие торжественные события, обычно у знакомых. Для этого занятия родители когда-то профинансировали приобретение профессионального фотоаппарата и всего необходимого.

Правда, в основном Илья фотографировал просто так, для удовольствия и «для понта», выкладывал фотографии в соцсетях и рассылал друзьям по Интернету — это создавало ему определенный репортерский имидж. Однокурсницы набивались на фотосессии, приглашали на природу или к себе. Последствия этих фотосессий бывали разными, но отношения не затягивались надолго. И только одна из всех знакомых девушек совсем не реагировала на его «специализацию». Невысокого роста, светловолосая, знакомая с детства Женька Пожарская из соседнего дома, казалось, видела Илью насквозь и, острая на язык, лишь подсмеивалась над его «понтами».

В глубине души Илья и сам понимал, что это все игрушки взрослого парня, все еще не самостоятельного в этой непростой жизни, но ведь другие-то девушки воспринимали его всерьез и стремились к отношениям! Только не она. Казалось, Женька живет своей параллельной жизнью, далеко не такой легкой и предсказуемой, как у него, но никогда не жалуется и не просит поддержки, живет — и все о нем понимает. А он, здоровый балбес, смелый со всеми, почему-то не решался переступить с ней границу, отделяющую знакомство от отношений. И тогда, когда Женька еще была одна, и уже потом, когда она распрощалась с тем чокнутым Дэном, с которым была несколько месяцев, а все знали, что он не прочь выпить, покурить травы и поприставать к другим девушкам. Илья, вполне успешный, «без вредных привычек» и востребованный в женском обществе, остерегался, что эта девчонка отошьет его при всех, царапнет по живому. Но именно к ней его необъяснимо влекло, именно ее хотелось подхватить на руки, опекать и развлекать, как ребенка, любить как женщину и защищать от разных бед.

Их траектории пересекались в дворовых компаниях, на именинах и пикниках, иногда они заваливались компанией «на пати», в клуб или просто выходили с друзьями «на пиво» в соседний паб — не столько пиво пить, сколько поговорить о новостях общих знакомых и рассказать свои. И нередко Илья чувствовал, что если бы не надеялся увидеть там Женьку, то и не шел бы слушать эту дурацкую болтовню. И цепляло его за душу, когда она приходила не одна и кто-то выдавал ее за «свою девушку», а особенно — когда она усаживалась кому-то на колени и тот по-хозяйски ее обнимал.

Иногда Илье казалось, что в такие моменты Женька просто испытывает его нервы и «снимает реакцию», однако он изо всех сил старался не выдать себя — рассказывал веселые истории или фотографировал компанию, а то и сам «клеил» какую-нибудь приблудившуюся деву, исподтишка наблюдая, как реагирует соседка. Реакция была нулевой. И каково же было его удивление, когда она сама сделала первый шаг, ведь он уже и не надеялся.