Игорь Афонский - Здравствуй – прощай!

Это был самый грамотно оборудованный полигон для проведения стрельб, который только можно было представить себе. Полигон мотострелкового полка «№ XXX» и полигон дивизиона ПВО. Так сложилось, что показательные стрельбы проходили выборочно на территории того или иного подразделения один раз в год. В этом году стрельбы проходили на территории этой мотострелковой части. Как всегда собирались чисто «оттянуться», люди-то все были «свои». Они порой месяцами друг друга не видели, но годами служили вместе, где-то рядом, «там за перевалом, там за той сопкой», были постоянно «на связи», друг у друга на слуху.

В дивизионе в тот момент оказался новый начальник штаба. Это был веселый, но очень педантичный, подтянутый внешне и собранный внутренне офицер. Когда он принимал свои дела и обязанности у предшественника, то не стал сетовать на какие-то промахи своего коллеги, он просто засадил двух казахов-«писарей» за столы, принёс кучу секретных материалов и карт, и заставил их днём и ночью оформлять планы, карты, расписания и другие секретные вещи. «Писари» тихо выли, но потом осознали важность момента, прониклись серьёзностью оказанного им доверия и выполнили задачу. Сам капитан, его звание было ещё капитанское, не собирался долго задерживаться в дивизионе, какая-то внутренняя линия гнула и вела его дальше, а работать плохо он не умел, поэтому всё проводил основательно. А дальше, нужно полагать, была Академия Генерального Штаба МО страны, не меньше. Олег, наблюдая за этим офицером, подозревал его в наличии «второго дна», так подразумевалось, что он, как минимум «шпион», и звание у него просто прикрытие, сам он тянул на полковника, что он здесь не задержится долго. Так оно и случилось потом. Но это было потом.

Короче, когда прибыли «Шилки» с экипажами и большими командирами для проведения стрельб, то первые двое суток все просто хотели освоиться, отметить долгожданную встречу. Всех разбросали по казармам и офицерским комнатам, где-то спали по очереди, кто-то стоял в карауле или в наряде, потом чередовались койками. Стояло глухое возбуждение, шли бесконечные вылазки в баню «с дороги»!

Потом появился злой и ужасный полковник! Это всегда бывает неожиданно, его уже никто не ждал, а тут на тебе, вот и сам, собственной персоной — прошу любить и жаловать, настоящий полковник, гроза и крутая головная боль многих зенитных подразделений. Он приехал инспектировать и даже вести это плановое мероприятие, а тут уже все синие ползают, позор такой, а у него ни в одном глазу. Командир дивизиона, надо отдать ему должное, не стал так низко падать и унижаться перед проверяющим, в глазах окружающих, тем более, его проверками не удивишь! Там постоянно кто-то лез с очередной проверкой, эта воинская часть такая была, всегда под рукой! Он выдвигает своего заместителя на первый план. Итак, тут разворачивается целый спектакль!

Капитан зачитывает план мероприятия, который уже согласован где-то и с кем-то, потом достает экран, тушит свет и показывает слайды с отработанным заранее материалом, он разворачивает карты, делает искусные «пассы» руками, строит «воздушные замки» в зыбком воздухе. Все просто зачарованы его голосом под гипнозом его убедительной речи, да нет, они уже отстрелялись, притом успешно, осталось только стволы почистить, смазать и зачехлить. Короткий, яркий, очень выразительный экскурс, и «замки» сползают с дымом в пепельницы. Полковник, ещё под впечатлением, рассматривает карты, это хорошо обработанный материал, осталось только похвалить, но так в армии не бывает. Он смотрит на опухших коллег по оружию, видит контраст между ними и этим начальником штаба, человеком, который сам изучает восточные языки, знает китайский язык, занимается оздоровительной йогой и гимнастикой «у-шу». Это спокойствие и уверенность в движениях, эта правильная подача текста, эти фразы — стиль настоящего командира.

Всё это вызывает у него сожаление. Сам полковник очень энергичный, не старый, не успевший в чём-то разочароваться «боевой» офицер.

Он понимает, что хорошая подготовка кадров и оперативных данных — это залог успеха любой операции, любого трудного дела. Он отдаёт приказ!

— Назавтра у всех выправленные материалы, вот образец!

Выходит. Это был «звездный час» капитана, в ту ночь восемь писарей под его руководством правили бумаги, кроили листы, колдовали над системами кодов и зон. Майоры преданно заглядывали через плечо, только мешая работе. Пишущая братия откорректировала задание, фильтровала данные, скоро всё было сделано. Если чья-то карьера могла пострадать, то «звезда» начальника штаба взошла нынче очень высоко!