Ай У - В огне рождается сталь

— Это еще не главная трудность, в самое далекое место можно проложить железную дорогу. Трудность в том, что нельзя будет сразу найти такое большое количество сталеваров.

— Да… сложная проблема!

— Но мы должны преодолеть и эту трудность. Стоит нам спасовать, как это сейчас же скажется на нашем социалистическом строительстве, оно замедлится, не будет движения вперед. А застой — наш самый страшный враг. Лян Цзин-чунь остановился и посмотрел на мастера. — В нашей повседневной работе на заводе мы должны не только закаливать сталь, но должны закаливать и людей, должны воспитывать сталеваров для новых металлургических заводов! Поэтому теперь, Юань Тин-фа, на твои плечи ложится двойная задача: плавить побольше стали и воспитывать побольше сталеваров.

Юань Тин-фа стоял молча, не отводя взгляда от секретаря парткома.

— Я знаю, — продолжал с улыбкой Лян Цзин-чунь, — что рабочие твоей смены хотят познать искусство сталеварения. И ты, Юань Тин-фа, должен их научить этому.

— Я ведь сам не ахти как образованный, как же я смогу их обучать?

— Это неважно, ты им понемногу объясняй, и они поймут. Я слышал, что когда они не очень понимают твои объяснения, то не осмеливаются переспросить тебя. Некоторые из них работают в твоей смене год, а то и два, но почти ничему еще не научились, это их волнует. Да ты сам пойми, как им не волноваться, если кругом идет бурное социалистическое строительство, а они не могут ничему научиться? Это очень плохо. Надо относиться к ним с уважением, обращаться с ними, как с родными братьями.

При этих словах Юань Тин-фа покраснел до корней волос.

— Товарищ Юань Тин-фа, — секретарь парткома старался говорить как можно мягче, — ты сам подумай: если во всей стране будет только около десятка опытных сталеваров, то разве мы сможем успешно осуществить социалистическое строительство? Нет! Нам нужно не одну тысячу умелых сталеваров, только тогда мы справимся с этой задачей. А раз так, то мы можем считать, что выплавка стали — только одна половина государственной задачи, стоящей перед сталеварами; другая же, не менее важная, — подготовка новых кадров. И я сегодня пришел к тебе, чтобы поговорить об этом. Мы глубоко благодарны советским специалистам не только за то, что они передают нам свои знания, мы должны учиться у них отношению к людям. Нужно советоваться с рабочими, побольше прислушиваться к их мнениям. Недаром пословица говорит: «три сапожника стоят одного Чжугэ Ляна» [11] Чжугэ Лян (181—234 гг.) — выдающийся политический и военный деятель древнего Китая. . И ты неверно поступаешь, если иногда не даешь им высказать свое мнение.

— Ты прав, товарищ секретарь, — согласился покрасневший как рак мастер, — я относился к ним неправильно. Но больше этого не будет.

— Вот и хорошо. Этого мы от тебя и ждем! — пожал ему на прощанье руку Лян Цзин-чунь.

Юань Тин-фа понимал, что секретарь парткома прав. И скажи он ему только, что надо готовить сталеваров, Юань Тин-фа легко бы согласился с этим. Но секретарь парткома сообщил еще, что рабочие его смены выражают недовольство, и это прозвучало для него тяжелым укором. Теперь он уже не безупречный работник, а человек, имеющий недостатки. И особенно злило его, что руководимые им рабочие посмели тайком жаловаться на него и поставили тем самым своего бригадира в глупейшее положение.

Когда Юань Тин-фа явился домой, вид у него был удрученный.

— Секретарь парткома уже ушел? — посмотрев на мужа, тихо спросила лежавшая на кане Дин Чунь-сю.

Юань Тин-фа не обратил внимания на слова жены и молча вытянулся на кане, уставившись широко раскрытыми глазами в темноту.

Дин Чунь-сю села и с беспокойством спросила:

— Что с тобой? Что он тебе сказал?

Юань Тин-фа помолчал, а затем неожиданно разразился бранью:

— Черт бы его побрал, этого гада!

— Ай-й-я! — испуганно воскликнула Дин Чунь-сю. — Как можно ругать такими словами секретаря парткома!

Юань Тин-фа свирепо сверкнул на жену глазами.

— У тебя поистине голова не на месте! Как я мог обругать секретаря парткома? Я ругаю этих ублюдков рабочих! Какой-то из них пожаловался на меня!

— Ну и нечего выходить из себя! — рассердилась Дин Чунь-сю. — Разве мало людей, которые стараются втихомолку наговорить на других?

— На тех, кто болтает за спиной, я не обращаю никакого внимания! — немного было успокоился Юань Тин-фа, но потом снова разошелся: — Вот сволочи, всюду пролезут, пошли жаловаться к секретарю парткома!