Адель Уолдман - Милый друг Натаниэл П.

Нейт любил человечество абстрактно – права человека, равные возможности, искоренение бедности. Теоретически он даже сочувствовал тем, чьи возможности ограничены: «надо принимать во внимание глубинные причины», «тяжкий гандикап отсталости», «инфантилизующая культура потребления». Но стоило присмотреться повнимательнее, навести микроскоп, и человеческие существа представали, на его взгляд, в довольно непривлекательном обличье: жадными, неряшливыми, лицемерными, погрязшими в заблуждениях. Секс, сексуальный импульс, был своего рода приманкой, иллюзией, изобретенной животным организмом, заботящимся только о самосохранении. Макияж, прически, бритые конечности, подтянутая в спортзале мускулатура, вежливые манеры, защитные слои – юность, успех, даже доброта – разве все это не прикрытие для прячущегося под ними жалкого и алчного «я»? И дело не в женоненавистничестве. Мужчины, если рассматривать их в натуральном виде, без прибамбасов, выглядели ничуть не лучше. Но мужчины Нейта не привлекали и не отвращали. Мужчины не понуждали его контактировать с их наименее привлекательными аспектами. Выгребные ямы потребностей, темные уголки жалости к себе, самые тщеславные и безобразные мысли, досаждавшие его друзьям в темный час бессонницы, оставались по большей части скрытыми от него, как зловония, всасываемые вытяжными вентиляторами современных санузлов.

Но, возможно, он обманывал себя самого. Во всяком случае, абстрактные идеи определенно не мешали ему делать то, что представлялось неприемлемым в философском плане: например, пользоваться потребительскими товарами из Китая, летать на самолетах, слушать Тори Эймос [42] Американская певица, пианистка, композитор и автор песен, соединившая в своем творчестве элементы альт-, фолк– и прог-рока, джаза, экспериментальной электроники. . Пожелай он отношений, никакие аргументы его бы не остановили! Может быть, проблема не в «почему», а в «том», что он просто не хочет никаких отношений? Ему хватает работы, а для компании и поговорить вполне достаточно друзей.

Что тут плохого? Почему женщинам позволяется выставлять больными мужчин, которые всего лишь не хотят заводить подружек? В Паутине полно сайтов, написанных вроде бы умными, «независимыми» женщинами, которые кроют таких мужчин, не стесняясь в выражениях. Будь с кем поспорить, Нейт указал бы на то, что стремление женщин к отношениям объясняется их нежеланием на некоем глубинном уровне быть одиночками. Это вовсе не благородные, возвышенные личности, озабоченные благоденствием нации или какого-то сообщества. Они просто впадают в экстаз, представляя, как вместе готовят обед, как бойфренд игриво шлепает подругу по попке посудным полотенцем, как они режут овощи, потягивая вино и слушая Национальное общественное радио (желательно в купленной совместно квартирке довоенного дома с модернизированной кухней). Что ж, имеют полное право. Но кто дал им право очернять и обвинять во всех грехах тех, у кого другие предпочтения? Что если в представлении Нейта приятный обед – это «пицца селесте для одного» и «Герой нашего времени» Лермонтова? Кто скажет, что его идеал хуже?

Нейт знал, каким будет ответ: зрелость, вот что отличает взрослых и т. д., и т. п. Но те же самые женщины, которые с легкостью ставят клеймо незрелости на мужчин, не желающих выстраивать свою жизнь вокруг уютного домашнего очага, никогда не назовут незрелой свою сестру, если та не хочет рожать детей. И будут негодовать, если кто-то усомнится в правильности ее выбора. Нет, все эти разговоры о зрелости и взрослости женщины заводят только тогда, когда им выгодно, когда им нужно основание для нападок на какого-нибудь беднягу, который не хочет того, чего хотят они! И это уже не просто несовместимость, здесь предполагается нежелание принимать всерьез предпочтения других, своего рода тиранический импульс. Так об этом и нужно говорить…

За окном солнце отражалось от ветровых стекол припаркованных автомобилей. Нейт допил кофе и поставил кружку.

Проблема заключалась в том, что при всей несправедливости их притязаний и помешанности на одомашнивании Нейт не мог полностью игнорировать требования женщин – тех, с кем спал или мог спать. Если бы, подобно писателям прошлого века – Мейлеру, Роту [43] Норман Кингсли Мейлер (1923–2007) – американский писатель, журналист, драматург, сценарист, кинорежиссер. Автор культовых романов «Олений заповедник», «Американская мечта», «Зачем мы во Вьетнаме» и др. Филип Милтон Рот (р. 1933 г.) – американский писатель, автор более 25 романов, лауреат Пулитцеровской премии. и прочим, – он мог рассматривать удовлетворение своего сексуального желания как триумф духа, жизненно важное утверждение гигантской, могучей мужественности, сущность которой в равной степени интеллектуальна и эротична!