Елена Блонди - Инга. Мир

Черная от смолы байда густо ворчала мотором, но шла небыстро, тыкаясь в свежие волны и снова задирая нос. Инга опустила руку за борт, и пальцы то окунались в воду, то снова оказывались в воздухе, на ходу довольно прохладном. После разговора с Олегой собственные переживания вылетели из головы, и осталось тянущее беспокойство, такое, обычное для нее, что вынималось из сердца вязкой нитью и длилось к желанию поскорее все узнать, разрулить, помочь, оградить, пусть мальчик дальше живет, улыбаясь и болтая. Это материнское, понимала и ругала себя, зная, не сможет всю жизнь стоять между сыном и большим миром. Но пусть тогда оно все проходит, пусть голос его снова становится голосом Оума.

Я тут на отдыхе, и немного дела. Так, кажется, сказала она Петру.

Усмехнулась, стряхивая с пальцев воду. Наверное, последнее ее тихое времяпровождение — это поездка в большом автобусе, и степь за окном. А как вытащил ее Олега из салона, сразу началась беготня, переживания, походы в разные стороны, снова переживания. Свои и его. И сейчас едут, а там непонятно что, но раз сам попросил (тут у нее снова заныло сердце), то что-то неприятное, наверняка.

Пляжную дискотеку было хорошо видно с воды. Большой экран на еле видных растяжках белел ослепительным прямоугольником, торчали по сторонам четыре высокие черные колонки, и от них падали уже предзакатные тени. У края дороги, что отделяла пески от полосы редких здесь деревьев, стояли оба жигуленка — красный и серый. И беспорядочно разбегались вокруг экрана белые легкие столики и пляжные табуретки.

По дороге, смеясь и размахивая руками, брели гости. В шортах, платьях, а то и просто в плавках и купальниках. Тащили в руках бутылки с пивом и лимонадом. Кто-то уже забегал в воду, плескаясь и маша руками Инге и Гордею. И время от времени на укрепленной в песке высокой панели наливались неярким светом цветные лампы, гасли снова, готовясь к будущей темноте.

— Сиди, — сказал Гордей, заглушив мотор и берясь за весла. На длинных руках вздулись коричневые желваки.

— Сиди, спрыгнешь, где мелко. А я обратно.

— Спасибо, — кивнула Инга, держась за шершавый борт и высматривая Олегу.

Шлепая по воде босыми ногами и держа в руках многострадальные кроссовки, которые Олега прихватил утром забытые под шиповником, она сначала увидела Нюху. Та бродила по песку светлым призраком, держа пальцами подол прозрачного платья.

— Я ее боюсь, — заявила Инге, зябко передергивая плечиками и оглядываясь на группу людей около машин, — у нее нет костей, одни титановые палки. Ой, ну стержни, знаете, как ставят в переломы.

За спиной Нюхи кто-то одобрительно засвистел, салютуя пивной бутылкой. Инга взяла теплые пальцы, таща девочку за собой.

— Со мной будешь. Пока. У кого палки? Какие такие титановые?

— Когда после аварии я лежала, у меня была, в руке, — рассказала Нюха, послушно тащась за Ингой, — вот тут, у локтя.

И правда, показала длинный светлый шрам до самого плеча.

— Господи. Так сильно ломала руку, да? Давно?

Та кивнула и пошла медленнее, упираясь.

— В десять лет. Врачи говорили, может быть, буду лежать. Всю жизнь. А я вот танцую. Правда, чудесно? Только не надо туда идти. Мне там будет плохо.

У машин толкался народ, о чем-то споря. Слышался тягучий голос Димки, изрядно расстроенный. И над головами мелькнула полицейская фуражка.

— Не положено, — прервал Димкины слова казенный голос, — сказано вам — не положено! Хулиганство тут разводить. С водкой. И наркота, небось.

— Какая наркота! — вклинился раздраженный голос Олеги, — у нас даже торговли никакой, просто музыка, и кино будет. Хотите, сами гляньте, черт, да мы видео взяли с собой с официальных концертов. У нас фишка именно в этом, чтоб нормальное, и без бухла.

— Территория… — баял свое голос под фуражкой, — и сигнал. До выяснения сворачивайте свой шалман.

Инга дернула Нюху, но та встала камнем, глядя из-под свешенных на скулы кудрявых волос.

— Ладно, — она подвела девочку к одинокому столику и усадила, — и чтоб никуда, поняла?

— Не надо к ней, — попросила Нюха, — не ходите.

Инга пожала плечами и пошла, увязая в песке босыми пятками. Расталкивая парней и девчонок, просунулась ближе к спорящим. И недоуменно глядя на ловко затянутую в белый костюмчик молодую даму, испытала мгновенный приступ головокружения, будто бы мир вокруг качнулся, теряя себя и перемешивая прошлое с настоящим. Женщина держала в руке красивый портфельчик, и насмешливо разглядывала взволнованных ребят. Красиво стриженая светлая голова надменно откинута, большие очки подняты над подкрашенными глазами.