Ирвин Уоллес - Слово

— Вполне возможно, что она — таки пожелает, — ответил ему Ренделл, — особенно, если мы и дальше будем умалчивать о нашем деле таким же образом. — Он улыбнулся Хелдерингу. — Не подумайте, будто это камушек в ваш огород, только…

— Только вы беспокоитесь о том, что Седрик Пламмер сможет нас расколоть, — сухо заметил Хелдеринг. — Не бойтесь.

Ренделл попытался зайти с другой стороны.

— Мистер Уилер рассказал вам о моем столкновении с Пламмером?

— Ни единого словечка, — ответил тот. — Честное слово, я не знал, что мистер Уилер уже проинформирован о вашей встрече с Седриком Пламмером в баре «Амстеля». Я как раз готовил ему доклад об этом. В любом случае, вы с ним великолепно справились, мистер Ренделл. Я знаю, что вы сказали ему идти нахрен, а тот ответил на это, что увидит, как сначала сдохнет наш проект.

— Туше, — обескуражено улыбнулся Ренделл. — Но как вы знаете об этом?

Инспектор взмахнул своей волосатой рукой.

— Это неважно. Мы стараемся знать обо всем, чем занимаются наши люди. Возможно, пока что нам удается не все — ведь после всего, преподобный де Фроом кое-что да вынюхал — но мы стараемся, мистер Ренделл.

— А с вами может получиться великолепная статья, — сказал Ренделл.

— Стив, да ты и половины не знаешь, — перебил его Уилер. — Инспектор Хелдеринг работал на Международную организацию уголовной полиции — на Интерпол — с момента начала его деятельности в Париже, в 1946 году. Он все время работал там и дошел до поста чуть ли не генерального секретаря, когда мы предложили ему сменить чудесный кабинет в Сен-Клу, чтобы возглавить службу безопасности «Воскрешения Два».

— Такое решение было несложно принять, — заметил Хелдеринг. — В Интерполе я занимался человеческой работой. Очень важной. Но в «Воскрешении Два» я занимаюсь работой Божьей. А она важнее.

«Божья работа с пистолетом на поясе», — подумал Ренделл, а вслух сказал:

— Боюсь, что я очень мало знаю об Интерполе.

— Да знать-то почти и нечего, — ответил инспектор. Эта организация объединяет полицейских двадцати государств с целью способствования поимке международных преступников. Я работал в штаб-квартире Интерпола, в пригороде Парижа, но региональные отделения имеются в сотне стран. Отделение в Соединенных Штатах сотрудничает с вашим Департаментом финансов, отделение в Великобритании — со Скотланд Ярдом и так далее. В Сен-Клу у нас было собрано около миллиона идентификационных карточек преступников по разделам. В каждом разделе около двухсот описаний разыскиваемых преступников, разделенных по национальности, расовой принадлежности, телосложению, походке, татуировкам, порокам, привычкам, увечьям и так далее. В «Воскрешении Два» я ввел подобную систему, только в меньшем масштабе. Мои папки содержат все, что мы можем знать о каждом здесь работающем. Опять же, подобная информация о всех журналистах, религиозных экстремистах, ярых реформаторах, соперниках, у которых может появиться желание и возможность саботировать нашу деятельность.

— Весьма впечатляюще, — признал Ренделл.

Хелдеринг отдал вежливый поклон.

И действительно, мистер Ренделл, прежде чем выдать вам пропуск, я должен был знать о вас все возможное. И самое главное — знать ваши слабые стороны: как действует на вас спиртное или наркотики, сколько и чего вы обычно употребляете, тип женщин, с которыми вы живете; равно как и степень вашей уязвимости — подчинитесь ли вы шантажу, если узнаете что-то тревожное о своей дочери Джуди, или же если кто-то предоставит вам сугубо личную информацию о вашей сестре Клер, или же о том, что кто-то ублажает мисс Дарлену Николсон…

«Ну и сукин сын, — подумал Ренделл. — Le grand frere — Большой Брат — присматривает за тобой».

— Вижу, что для вас нет ничего личного, ничего святого, — сказал он вслух.

— Только «Воскрешение Два», — невозмутимо ответил на это инспектор.

— Ну ладно, зачислен ли я в категорию "А"? — с оттенком досады спросил Ренделл.

— Не совсем, — вполне серьезно ответил ему Хелдеринг. Он открыл ящик стола и достал оттуда небольшую карточку. Вам присвоена категория "В", красная карточка, но все равно, у вас очень высокие полномочия, исключительно высокие. Видите ли…

— Я объясню, — вмешался Уилер. — Основываясь в чем-то на системе Интерпола, инспектор разделил всех занятых в «Воскрешении Два» на пять категорий. Красная карточка категории "А" означает доступ ко всему, и такую карточку дали только мне, другим четырем издателям и мистеру Гроату, куратору проекта. Красная карточка категории "В" означает доступ ко всем материалам, за исключением тех, что находятся в запретной зоне. Карточки другого цвета дают сотрудникам меньшие привилегии. Так что, Стив, у тебя второй после высшего приоритет.