Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

— Ладно… — Наташка отвернулась… глаза наполнились слезами, она боялась моргнуть, чтобы они не вылились у всех на виду.

— Наташ… Ты чего? — Дима повернул её к себе, но она опустила голову, — Ты плачешь? Что случилось?

— Показалось, Дим… Езжай…

— Дима, ну, что, едем? — Ростовский, что-то оживлённо обсуждавший с артдиректором клуба, махнул рукой, — Кристина уже в машине.

— Ну, всё, Наташ, я побежал… Точно всё хорошо?

— Точно. Беги, Дима…

Всю обратную дорогу Наташа молча смотрела в окно электрички. Она буквально ощущала физическую тяжесть, наполнившую всю её душу. Сейчас ей хотелось только одного — чтобы Дима оказался рядом… Ей до боли хотелось обнять его, прижаться к нему всем телом… Она всё сейчас отдала бы за то, чтобы он был с ней в эту минуту.

— Наташка, пиво будешь? — Мазур протянул ей банку пива.

— Не хочу, — она постаралась улыбнуться.

— А чего хочешь? — он полез в пакет, — Водки, может?

— Нет, — она покачала головой, — ничего не буду, Вить.

— Ну, тогда фанту, — вытащив полуторалитровую бутылку апельсинового напитка, тот буквально всунул её в руки девушке, — хоть чего-нибудь выпей!

— Спасибо, — она благодарно кивнула, пряча навернувшиеся на глаза слёзы, — фанты выпью.

— Давай, и за себя, и за Димона, чтобы ему там не скучно было.

— Ему и так не скучно, — усмехнулся Никита, — я сценарий прочитал, там…

— Да ничего там такого нет, — перебил его Говоров, бросив взгляд на Наташу, — сценарий, как сценарий, там больше написано, чем снимут.

— Ну, как сказать, — Никита многозначительно выдержал паузу, — что написано, то и снимут.

— Всё нормально, — Сашка, нахмурившись, пытался поймать взгляд Белова, чтобы сделать ему знак, но тот старательно отводил глаза, — это просто ролик.

— Да фигня, — подытожил Мазур, — подумаешь, поцелуются пару ра… — он не успел договорить — Сашка незаметно наступил ему на ногу. Переведя взгляд с Говорова на Наташу, демонстративно сжал губы.

— Возьми, Вить, — сделав вид, что ничего не слышала, она передала ему назад бутылку, — Спасибо.

Отвернувшись снова к окну, Наташа вглядывалась в темноту, глотая слёзы.

— Ты чего ревёшь? — присев рядом, Сашка старался говорить негромко, так, чтобы не услышали остальные, — Не обижайся на меня за то, что утром наболтал всякой чепухи, хорошо?

— Хорошо, — она покорно кивнула.

— Дима тебя любит, даже в голову не бери, — он говорил серьёзно, неторопливо, — а на меня не обращай внимания. Это я так, психанул.

— Ладно, — всё так же глядя в тёмное окно, шёпотом согласилась Наташка.

— Завтра увидитесь, — нехотя произнёс Говоров и, повернув голову к Мазуру, удивлённо приподнял брови, — э, товарищ… Ты про меня-то не забыл?

— Чё, тоже фанты? — заржал тот и с готовностью снова полез в пакет.

— Э, какой фанта?.. Какой фанта?.. Ты ещё молока предложи, да?

— А чё, надо было купить? — Витька сделал вид, что встаёт с сиденья, — Ща, сбегаю…

— Слышь, ты… весёлый молочник… — Сашка носком туфли слегка пнул Витькину ногу, — Какой купить?.. Водка наливай, да?

Приехав на дачу, ребята соорудили небольшой стол в своей комнате и сели отмечать окончание удачной поездки. Посидев с ними буквально десять минут, Наташа ушла в их с Димой каморку и, раздевшись, легла. Она думала, что не уснёт, но усталость от впечатлений и переживаний победила — вскоре она забылась тяжёлым сном.

Прохладная августовская ночь опустилась на дачный посёлок. Весело поужинав, парни вышли на улицу покурить.

— Кстати, Ник, забыл тебе сказать, — Мазур кивнул Белову, — классно у тебя соляк в «Не моя» вышел в этот раз, всё же ты мастер импровизации.

— Да мне и самому понравилось, — усмехнулся Никита, — в принципе, вариаций множество, но удачных буквально одна-две получается.

— Вот будем выступать во Дворце молодёжи, ты этот же соляк задвинь?

— Как получится, — немногословный по природе, Никита, даже под алкоголем не отличался болтливостью.

— Всё получится, всё срастётся, — не в пример ему, Мазур был всегда словоохотливым, — и ваще… Всё у нас впереди! Зашибись! Скажи, Никитос?

— Не знаю, — тот пожал плечами, — посмотрим.

— Ты ведь классный гитарист, — не унимался подвыпивший Мазур, — только постоянно в тени. Белый, пора выходить на свет!

— Ты предлагаешь затмить Мороза? — усмехнулся Никита, — Я мог бы. Но не считаю нужным.

— Не, ну, зачем такие крайности… Просто я слышал твои вещи, они Диминым не уступят.