Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

— Ты о чём?

— О том, сынок… о том…

— Ну, во-первых, у меня всё серьёзно… — Дима обернулся к отцу, — А, во-вторых… и во-вторых — тоже.

— А жить ты как собираешься?

— Между прочим, я давно у вас денег не прошу, сам зарабатываю.

— Сколько?! Сколько ты зарабатываешь? Ты не представляешь разницы между потребностями одного человека и целой семьи!

— Я представляю больше, чем ты думаешь. И, если честно, не совсем понимаю, к чему ваши истерики? Раньше за вами такого не наблюдалось.

— Раньше было другое дело! Кристину мы знаем с детства, Лёня — мой друг. Сейчас — другая ситуация!

— Па, успокойся…

— Что — успокойся? — снова повысил тон отец, — Сколько лет этой твоей Наташе?

— Восемнадцать… — теперь Дима невозмутимо рылся в недрах компьютерного стола.

— Вот видишь! Видишь! Что может быть в голове у восемнадцатилетней девочки?.. Голову даю на отсечение — одна из твоих поклонниц, и не более того… Пошустрее других оказалась.

— Ты, может, не в курсе, я с поклонницами не знакомлюсь. Наташа сама выступает, она вообще очень талантливая.

— Тогда ей учиться надо, а не с мужиками жить. Тем более в восемнадцать лет! В общем, так, — Александр присел и, хлопнув по столу ладонью, сердито посмотрел на сына, — никаких сюрпризов мы не потерпим. Запомни. И, если ты решил поступить по-своему, на нашу помощь не рассчитывай. И… ключи от машины — мне… Понятно?!

Дима, складывающий в сумку вещи, распрямился и пристально посмотрел отцу в глаза. Потом медленно вынул из кармана джинсов ключи от машины и бросил на стол. Закрыл сумку, немного постоял и направился к двери. В дверях обернулся:

— От тебя не ожидал…

— Мы тоже не ожидали, — крикнул Александр, кивая на сумку сына.

— Чего не ожидали?.. Мы выступать едем в район. Вот, пришёл кое-что с собой взять. Но, раз так, то… — немного подумав, Дима вернулся, снова открыл сумку, бросил туда запасные джинсы, пару футболок, сверху засунул ноутбук., - Пока… родители… Домой не приеду. Телефон мой знаете… — с этими словами решительно вышел из квартиры. На улице достал мобильник.

— Саня, привет. Слушай, с машиной у меня теперь проблемы… Сейчас такси поймаю, подъеду. Автобус во сколько подойдёт? Да всё нормально… Ладно, потом… Давай…

Такси, как по заказу, вырулило из-за поворота. Доехав до студии, Дима расплатился и вышел. Концерт в пригороде был назначен на вечер, и нужно было подготовить аппаратуру. Говоров, только что сдавший очередной зачёт, в прекрасном расположении духа курил на улице. Прищурившись, протянул Димке руку.

— Чё с машиной?

— Отец отобрал.

— Наследства лишил, значит… — Сашка понимающе гоготнул.

— Да, что-то типа того…

— Из дома-то не выгнал?

— Не… Сам ушёл.

— Чё, серьёзно? — Сашка, выбросив окурок сигареты в урну, открыл дверь в подвал.

— Да куда уж серьёзнее… Ладно, проехали. Пойдём собираться. Что там вчера молодняк нам оставил, не смотрел?

— Не-а… А ты что, дома не ночевал сегодня? Мне матушка твоя звонила…

— Нет…

— Понятно, — многозначительно кивнул Сашка.

— Ничего тебе, Саня, не понятно… — Дима взял из угла огромную коробку и стал собирать туда шнуры от аппаратуры, — Смотри, сегодня, вроде, не насвинячили. Ведь могут же!

Очередной зачёт был сдан, и Наташа, прихватив за компанию Оксану, пришла проводить Диму с ребятами на концерт. Пока влюблённые грустно прощалась, Оксанка скромно стояла поодаль, демонстративно глядя в другую сторону, лишь изредка стреляя глазами на музыкантов, ради которых она и «пошла учиться». Музыканты курили на улице и дружно ржали над Сашкиными байками, которые из него сыпались как горох, пока водитель возился под капотом «газели». Стоя от них в стороне, Наташа внимательно смотрела, как Дима, торопясь, что-то писал в блокноте. Приобняв его одной рукой, другой она старательно придерживала подол модной короткой юбочки в складку, который то и дело приподнимал озорной ветер. Волосы, стянутые резинкой на затылке, разметались по всей спине, самые непослушные пряди залетали на лицо, и девушка не успевала их отвести.

Дима ничего не сказал ей об утренней ссоре с родителями. Отдав исписанный листок, поцеловал Наташку и вместе с ребятами запрыгнул в машину. Помахав вслед отъезжающей «газели», девчонки зашли в летнее кафе, съели по мороженому, потом, побродив по городу, отправились к Наташе домой.

— Оставайся у меня сегодня ночевать, — всё ещё вспоминая знакомство с Анной Сергеевной, Наташа почему-то боялась оставаться один на один со своими грустными мыслями, и общение с подружкой было как нельзя кстати.