Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

— Ну, всё, налетели… — Дима обнял её за плечи, — Хватит мою жену смущать, идите инструменты проверьте, через десять минут наш выход.

— Ребята… — Артдиректор клуба подбежал к музыкантам и, тронув за локоть Говорова, обвёл всех взглядом, — Леонид Борисович просит вас сегодня поиграть без регламента. Смотрите… Сейчас двадцать три часа, так? Клуб работает до шести утра. Я понимаю, что невозможно столько отработать без перерывов, но он платит по тысяче долларов за час сверх оговоренной суммы, если вы отыграете не до двух, как договаривались, а до конца… С перерывами, естественно, как обычно… ну, что ему ответить?

— Я — как ребята, — Дима пожал плечами, — что скажут…

— Если так, то можно и поработать — ответили ребята практически в один голос.

— Ну, и добро… — артдиректор довольно кивнул и так же быстро удалился.

— Я сейчас позвоню отцу, он приедет и заберёт тебя, — кивнув Наташе, Дима вытащил из кармана мобильный телефон, — ты с нами до утра не выдержишь… Вот чёрт, не отвечает… и мама тоже… — приложив телефон к уху, он нетерпеливо нахмурился, — Наверное, они с матушкой звук выключили, чтобы Валерку не разбудить… Что же делать?

— Дим, — она, лукаво улыбаясь, обвила его шею руками, — я выдержу…

— Там Юлька где-то в зале с подружкой, — Витька кивнул головой в сторону зала, — те точно до утра зависнут, я их знаю, пусть Натаха с ними потусуется, пока мы работаем.

— Нет, я лучше здесь, рядом буду, — вспомнив про Фишера, Наташа вдруг испугалась, — как-нибудь…

— Да иди к Юльке, — Витька достал телефон, — Юль, подойди ко мне… Чё-чё, соскучился… Да ладно тебе… Тут это, короче, Наташку забери? Мы до утра работаем, Димону её оставить не с кем…

— Вы что, обалдели?! — Наташа покрутила пальцем у виска, — Я что, ребёнок? Вы ещё спросите, нет ли тут детской комнаты…

— А, кстати, тут нет детской комнаты? — захихикал Мазур, уворачиваясь от Наташкиного кулачка, — Ещё и дерётся… Димыч, прими меры…

— Мы тут, — Юля, весёлая и красивая, как никогда, выросла перед «патрулями», — Наташа, мы всё слышали, просто обалдеть, как ты выступила, честное слово! Там вся публика была просто в шоке!

— Да ладно, — Наташа смущённо улыбнулась, — спасибо, Юль…

— Спасибом не отделаешься, пойдём зажигать под «Ночной патруль»! — схватив её за руку, Юля помахала парням ручкой, — А вы пойте веселей, чтобы мы там зажгли так зажгли!

— Наташа, — перехватив её вторую руку, как ребёнку, приказным тоном чеканил Дима, — иди в зал, и сделай так, чтобы я тебя всё время видел.

— Ладно, Дим, я немного с девчонками потанцую и приду к тебе, — она согласно кивнула, — не переживай, я никуда не денусь, видишь, даже ни одного поклонника не было, — с этими словами, смеясь, она обернулась к Юле, — идём?

Проводив девчонок внимательным взглядом, Дима подошёл к синтезатору и, настроив гармонию, заиграл пробную композицию.

— У вас что, всегда так? — Вадик, тихо усмехнувшись, посмотрел на Говорова.

— Как — так? — не понял Сашка.

— Ну, всё вокруг Мороза и его жены крутится?

— Почему? — Говоров пожал плечами, — Вообще-то, у нас всё вокруг музыки крутится, ты что, ещё не заметил?

— Не знаю, только и слышу «Наташа, Наташа»…

— Ну, это ты сегодня слышишь. Потому что Наташка — особая персона, и у неё концерт.

— Не понимаю, чего в ней особого, — в свою очередь пожал плечами Зимин, — кроме голоса, конечно.

— Ну, вот и Белый не понимал… — Сашка усмехнулся, — А как самого торкнуло, в смысле, влюбился по-настоящему, то и остальных стал понимать…

— Остальных — это Мороза?

— Не только, — Говоров хлопнул его рукой по плечу, — молод ты, брат, хоть и талантлив… Поймёшь когда-нибудь.

— Да уж не тупее остальных, — Вадик улыбнулся уголками губ, — только, на мой взгляд, не нужно так свои личные отношения выпячивать. А то получается — кроме его Наташи других женщин нет, что ли? Вот у тебя жена есть, у Витьки девушка… ты же не жужжишь всем в уши, правда?

— Ну, так Ирка с нами и не пела, и Юлька тоже, хотя почему бы и не пожужжать? Иногда и я жужжу… А Наташа… Наташа — она своя, по сути, член коллектива… Она с нами везде и всегда была, хоть и недолго, но такой человечек — просто добрый и светлый, понял? И с Димой у них всё очень крепко, — эти слова Сашка произнёс с ноткой грусти, так, что Зимин внимательно посмотрел на него, — любовь у них, понимаешь? Настоящая.

— А у других, что, не настоящая? — Вадик недоверчиво улыбнулся, — Любовь она у всех — любовь.