Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

— А чё, классно проигрыш звучит, — одобрил Мазур, — А в последнем можно вообще соляк задвинуть.

— Вопрос, как это воплотить? Димыч два инструмента не может одновременно воспроизвести… — Сашка пожал плечами.

— А забить в базу? — Никита кивнул на студийный «Korg».

— База полная, — развёл руками Дима, — а что-то удалять, чтобы оставить гимн, смысла нет, мы его сейчас исполним, и всё. Потом — лишь по случаю.

— И как быть? — Кристина тоже решила принять участие в обсуждении, Если, как вы говорите, дудки классно звучат, как быть?

— Элементарно, Ватсон, — Мазур вытаращил на неё свои светлые глаза, — Ставим второй синтез, и делов…

— А за синтез — кого? — Сашка пожал плечами, — Я бы слабал, но левой пяткой из-за ударника не дотянусь.

— Наташку и поставим… — как что-то само собой разумеющееся, произнёс Витька и, обращаясь к девушке, бесцеремонно спросил, — Те когда рожать? До пятнадцатого время есть?

— Меня?! — она засмеялась, — Ты представляешь эту картинку?

— А чего такого? Платье какое-нибудь наденешь… Зато классно будет.

— Так, стоп… — Кристина хлопнула ладонью по столу, — Вас четверо? Четверо… И всё, вариантов нет.

— Ну, и что, — вытаращился на неё Сашка, — А как подтанцовка, а как бэк-вокал, а как прилечённые музыканты, если нужен лишний инструмент?

— Я — за… — Витька пожал плечами и, обращаясь к Диме, спросил, — А ты чё молчишь?.. Твоё слово веское в данной ситуации. Пусть Натаха тоже выступит.

— Наташ, ты — как? — взглянув на неё, Дима отметил про себя, что она выглядит очень уставшей, и в который раз за сегодняшний вечер пожалел, что не отвёз её домой.

— Ну, если я никого не распугаю своим видом… — радостно ответила она. Выступить вместе с Димой… даже сейчас… Что может быть лучше?

— В ресторане пела, никого ведь не испугала, — Никита вставил реплику, — Там и коллектив был меньше… Журавлёв один… ну, и вокалист ещё… — Женькину фамилию Никита произнёс с особым ударением, как бы намекая на что-то, с удовольствием заметив, как Дима изменился в лице.

— Так… Я не поняла вообще… Моё мнение что, уже никого не интересует?! — гневно спросила Кристина, — Я повторяю, «патрулей» — четверо, было, есть и будет. Никаких дополнительных синтезов, никаких подпевок…

— В общем так. Группа решила: эту песню исполняем впятером, — Дима произнёс это негромко, но с такой твёрдостью, что Кристина поневоле замолчала, — ну, что, приступим?

Добравшись, наконец, домой, Наташка сразу протопала на кухню и, достав из холодильника сковороду с приготовленным ещё вчера ужином, поставила её на плиту. Пока Дима принимал душ, нарезала хлеб и овощи…

Выйдя из ванной, он удивлённо заглянул в дверной проём — ужин был на столе, но Наташи в кухне не было. Он прошёл в комнату и, взглянув на диван, только улыбнулся: видимо, не имея сил даже раздеться, она спала на краю в своём цветном сарафанчике, положив под голову ладони. Он осторожно взял её на руки и шагнул из комнаты.

— Мы ещё куда-то идём? — обняв его за шею, сквозь сон пробормотала Наташа.

— Да тут недалеко, — ответил Дима, — В душ… А потом — ужинать.

Только спустя неделю после их с Димой встречи Наташа решилась рассказать отцу эту новость. Она сама никак не могла поверить своему счастью, и поэтому пока боялась им делиться. Но, когда после последнего экзамена Валерий, переживая за неё, всё настойчивее начал звать её домой, она с плохо скрываемой радостью сообщила, что она больше не одна… рядом с ней — Дима.

Ей показалось, что отец совсем не обрадовался известию, его голос звучал довольно сдержанно, и Наташа немного растерялась. Позже, видимо, успокоившись, он снова ей перезвонил и даже передал Димке привет, пообещав в скором времени нанести им свой родительский визит.

Сергей, который после того, как приезжал к ней в мае, звонил почти каждый день, узнав о том, что Димка вернулся, несколько дней молчал, и Наташа, догадываясь о причине этого молчания, чувствовала какую-то необъяснимую вину перед этим добрым и тихим юношей, любившем её так искренне и беззаветно. Не выдержав, она сама набрала его номер…

— Здравствуй, Серёжа.

— Здравствуй, — вопреки её страхам и переживаниям, он ответил ей дружелюбно.

— Как ты? — она даже не знала, о чём говорить, и поэтому задала дежурный вопрос.

— Нормально. Работаю, недавно сессия закончилась.

— Ты не звонил несколько дней, я начала переживать…

— Наташ, — он слегка замялся, но быстро справился с собой, — я всё знаю, мне Алинка рассказала.