Джон Кинг - Английский путь

— Вот говно, а, — проворчал Эдди. — Я учился водить машину в армии, на грузовике. В армейском грузовике чувствуешь себя уверенно. Сейчас я не отказался бы поуправлять танком. Это было бы забавно.

Билл кивнул, хотя на его взгляд это была не такая уж хорошая идея, но он сам был пьян никак не меньше, и единственной возможной альтернативой было возвращение домой на автобусе или на метро. Ефрейтор Уикз был типичным британским бульдогом, и послевоенные годы его ничуть не изменили. Он действовал не раздумывая и всегда брал инициативу на себя.

— Смотрите прямо перед собой, — приказал он, когда они подъехали к воротам. — Эсэсовцы не должны понять, чем от нас пахнет. Проедем через ворота, и все будет отлично. Мы могли бы, конечно, прорыть подземный ход и ползти по нему, как крысы, но я хожу только через парадный. Если эти мудаки почуют запах выпивки, нам кранты. Так что ведите себя поспокойнее.

— Нам нужно было пить лагер, тогда мы сошли бы за нацистов, — сказал Тед. — Похоже, мы влипли.

— Без паники, — заорал Барри.

— Ну давай, адмирал Нельсон, — ответил Тед. — Разберись с ними, шеф.

— Они не станут с нами связываться, — заржал Барри. — Вряд ли им понравится холодный штык в заднице. Да и сложно их за это винить, да?

— Ну ты и дебил, — сказал Эдди, посмотрев в зеркало на калдырей за спиной. — Вы, парни, совсем пить не умеете. Ладно, все, на пару минут нам нужно стать немцами, чтобы проехать охрану.

Препятствие было преодолено без проблем, и они выехали на улицу. Все они согласились с мнением, что Кингз Роуд — очень забавное место. Это даже не Лондон. Нет, скорее это часть Оккупированной Европы, транспортированная в Лондон — с модой от Муссолини, ресторанами в стиле Виши и шведскими ценами. Люди на улицах были очень молоды, и Билл искренне недоумевал, когда они успели так разбогатеть. Конечно, это не имело значения, и он посоветовал повернуть направо в сторону Ирлз Курт, но у Эдди был собственный план, и он ехал прямо, пока они не увидели Стэмфорд Бридж. Тед в молодости ходил на «Челси». Он родился в фулхэме, в пятидесятые переехал в Ноттинг Хилл, как раз незадолго до беспорядков тедди-боев. Потом, в шестидесятые, он переехал в Шефердз Баш, где и оставался по сей день. Фулхэм здорово изменился со времен его детства, и сейчас улицы были пусты.

Тед попросил Эдди сбавить скорость, чтобы они могли рассмотреть новый стадион. Он казался огромным. Смешно, но Тед в молодости был большим любителем футбола. Он был на золотом в 1955 г. и вместе с другими выбежал на поле после финального свистка. Он делил свое время между джазом и футболом. Он присутствовал на обоих матчах против «Лидса» в финале Кубка в 1970 г., и на «Уэмбли», и на «Олд Траффорде». Он помнил появившихся в шестидесятые модов и скинхедов, и как фаны «Манчестер Юнайтед» заходили на Шед и провоцировали беспорядки. Он был на проигранном финале Кубка Лиги против «Сток Сити» в 1972 г. и финале Кубка Англии против Шпор в 1967 г. Потом, когда они продали Осгуда и Хадсона, он перестал ходить на матчи. Эти потери были невосполнимы, и они в совокупности с возрастом заставили его забыть о футболе. Зарплаты, которые сейчас получают многие футболисты, просто неприличные, а футбол стал научно обоснованным и систематизированным. Все в нем теперь решают деньги. Онстал менее интересным, но посмотреть на стадион Теду все равно хотелось. Эти улицы остались в его памяти полными людей. Здесь всегда были опасные пабы, но первый настоящий хулиганизм начался в шестидесятые. Это раздражало, но если смотреть за собой, то все было ОК. Тогда повсюду были скинхеды. Сейчас другое время, и его все это больше не интересует. В жизни есть вещи важнее футбола.

Эдди повернул направо у станции метро Фулхэм Бродуэй и направился в Шефердз Баш, планируя высадить Теда первым. Ефрейтор разработал безошибочный маршрут, согласно которому парни высаживались бы один за другим. Шефердз Баш, Хаммерсмит, Айлуорт и его дом. Вскоре их уже окружала Норт Энд Роуд с ее суетой и пьяными прохожими, высотки за Ирлз Куртом. Стоит уехать всего две мили от винных погребков Челси, и ты словно на другой планете. Маршрут Эдди был слишком сложным, они могут привлечь внимание полисов, но Фэррелл тем не менее чувствовал себя спокойно. Он знал свое место, и Эдди за нарушение субординации его бы не похвалил. Эдди не любил, когда с ним спорят. Это же его машина, и наказанием за молчание для Фэррелла будет всего лишь долгая дорога домой.

Когда они остановились на светофоре, Эдди нагнулся и достал небольшую коробку с кассетами. Когда солдаты идут в бой, должна играть музыка. Он вставил одну из них и нажал кнопку. Билл ожидал услышать какую-нибудь бравурную армейскую песню, но вместо этого из динамиков полилась сентиментальная баллада. Он понятия не имел, кто это, он этого раньше ни разу не слышал. Билл глянул на ефрейтора, который смотрел прямо перед собой.