Микко Римминен - С носом

— Ну вот, — сказала Мари Надеюсь-не-Ялканен, правда, я не поняла, что она имела в виду, но прервать мои мысли ей, к счастью, удалось, а то я уже боялась, что засмеюсь.

Я оглядела кухню. По планировке она была зеркальным отражением кухни Йокипалтио, но другого сходства я не обнаружила. Здесь почти все было серое, или черное, или стальное, лишь кое-где вкрапления красного; непритязательно и стильно, и как бы даже ритмизованно. Но если изысканную скромность не считать чрезмерной, то единственным выбивающимся из знакомой картины элементом были огромные часы в стальной оправе, диаметром, наверное, метра полтора, они закрывали собой почти весь простенок, оставшийся между внешней стеной и блестяще-серыми посудными шкафами. Неожиданно я поняла, что точно в этом же месте, с другой стороны стены, ведут свою нервно-тикающую жизнь каповые часы Ирьи. Но представшее моим глазам мерило времени могло бы поглотить их все.

Я очнулась от своих мыслей, когда в кухню вошел мужчина.

— А меня зовут Яанис, — сказал он, резво направляясь ко мне и протягивая руку. Пожатие было крепким. Потом он, словно по щелчку, отошел в самый центр кухни на маленький круглый коврик из букле — этакий минималистский подиум для выдачи премий, и сказал: — Да, у вас были какие-то вопросы.

Именно так он и сказал, без вопросительной интонации, но в словах его все-таки было что-то вопрошающее, дружеское, будто он хотел воспрепятствовать возможной грубости, которая могла последовать. Ответила ему для начала, что я совсем не та персона, к которой следует обращаться на «вы», и в ту же секунду вдруг подумала совсем о другом, точнее, попыталась вспомнить, а как было с Ирьей, которая за стеной: мы были сразу на «ты» или сначала все-таки на «вы». Не помнила. Оба варианта имели свои плюсы, обращение на «ты», пожалуй, более приятельское, тогда как «вы» звучит слегка старомоднее и надежнее.

В тему углубиться не удалось, так как Мари спросила, не поворачивая головы, откуда-то из-под вытяжки стального цвета:

— Да, кстати, а за это что-то будет?

Я оторвала взгляд от сумки, которая лежала у меня на коленях и из которой во все стороны торчали углы распечаток. Не сумев ничего придумать, я просто смотрела в упор на женщину, которая уже повернулась и смотрела на меня своими мыщцеглазами. Голова словно чесалась изнутри, слышалось потрескивание и похрустывание.

— Да нет, я не к тому, — сказала она наконец. — Просто интересно.

Я все еще не могла ничего выдавить из себя. Сверлила взглядом часы на стене: секундная стрелка неуклонно, не вздрагивая, скользила вперед по циферблату. Я проклинала свою глупость, бестолковость, нелепость, необдуманность, туполобость и лоботупость. В голове промелькнуло даже слово «профнепригодность». Кожей ощущала, что они смотрят на меня с обеих сторон, и было такое чувство, словно по мне ползают муравьи.

— Да, конешшно, — сказала я, удлиняя шипящие, механическим и слегка напряженным голосом, так что, наверное, со стороны это было похоже на какой-нибудь заевший агрегат. — Конешшно, у нас есть призы, за это, за анкетирование, или, точнее, подарки, да, это подарки, это все связано с налогами, мы же не можем платить деньги, поэтому так лучше, для обеих сторон, когда подарки. Призы.

Я перевела дух и продолжила:

— Но сегодня я как бы только собираю людей для исследования, записываю основные сведения и так далее, а собственно интервью, оно будет потом, как бы позже. Целевая группа. Да, как бы целевая группа. Ее как бы надо сначала набрать.

Говорить стало сложнее, когда на третьем «как бы» я вдруг задумалась: сколько еще их можно поставить вот так друг за другом, чтобы речь продолжала казаться компетентной, и, пока я думала об этом, слова Мари пролетели как бы мимо меня. Она говорила что-то в духе: да нам совсем ничего как бы и не надо.

— Это сюрприз, — удалось мне наконец выкрикнуть с гордостью и непонятным напором в голосе.

— Нет, нам правда ничего не надо, — сказал в свою очередь мужчина, как там его звали, ах да, Яанис. — Приятно просто поговорить время от времени с кем-нибудь. А то теперь нечасто удается выходить в люди, ребенок и все такое, тут толком и не поговоришь.

— И такие приятные у вас соседи! — выпалила я прежде, чем хоть какой-то свет разума мелькнул в моей голове. Тут же пришлось объяснить, что я уже побывала у соседей, правда, там было другое исследование, но я успела познакомиться с хозяйкой, очень приятной женщиной, чудесной и замечательной.