Элисон Уэйр - Плененная королева

Был там и Генри, лицо у него обветрилось и загорело. Он стоял, положив руку на плечо коренастого мальчика с темными медно-золотыми волосами. Сердце Алиеноры радостно екнуло – она узнала Иоанна и в тревоге оглянулась: где его старшие братья? Но их нигде не было видно. Напротив, впечатление такое, будто король собрал всех женщин своего семейства. У Алиеноры перехватило дыхание, когда она заметила свою дочь Иоанну, хорошенькую, как курочку. Девочка с опаской поглядывала в сторону матери. Какая это радость – снова увидеть Иоанну! Алиенора надеялась, что дочка не думает о ней плохо, что отец не отравил клеветой ее юный мозг.

Здесь была и королева Маргарита, которой теперь исполнилось шестнадцать, – внешне чистая копия Людовика. А еще Аделаида, ее младшая сестра, помолвленная с Ричардом, стройная брюнетка лет четырнадцати, уже наверняка созревшая для брака. Несносная Констанция смотрела на Алиенору с нескрываемым презрением. В двенадцать лет она вела себя вызывающе, обтягивающее белое блио подчеркивало каждую деталь ее широких соблазнительных бедер и маленьких грудей. В отличие от большинства девочек, Констанция коротко стригла волосы, отчего приобретала сходство с эльфом, однако, по мнению Алиеноры, это ничуть не делало ее интереснее. Но Констанция всегда хотела быть непохожей на других и привлекать к себе внимание. Рядом с ней стояла нежная Алиса Морьенская, бросая задумчивые взгляды на помолвленного с ней Иоанна, который не обращал на нее никакого внимания. А присматривала за всеми незаконнорожденная сестра короля Эмма Анжуйская, активная дама во вдовьем одеянии, очень похожая на своего отца, графа Жоффруа. Алиенора подозревала, что Генрих вызвал Эмму, чтобы та заняла место матери, томившейся в тюрьме. Чуть в стороне от них возбужденно беседовала стайка благородных девиц и дам, явно приглашенных прислуживать всем королевским домочадцам.

Когда сопровождение королевы спешилось, капитан придержал уздечку лошади, пока она спрыгивала на землю. Король отошел от общей группы и медленно, с бесстрастным лицом направился к Алиеноре. Та сделала формальный реверанс, потом в страхе поднялась, посмотрела на мужа и поймала его взгляд без малейшего следа эмоций.

– Не стану говорить, что рад тебе, Алиенора, – начал он сипловатым голосом. – Ты бы все равно мне не поверила. Но надеюсь, твое путешествие было приятным.

– Почему ты меня вызвал, милорд? – спросила она. Продолжать обмениваться любезностями не имело смысла, хотя все вокруг с живым интересом смотрели на них.

– Я везу тебя – и этих молодых дам – в Англию. Благодаря твоим усилиям война все еще продолжается. – Генрих злобно посмотрел на жену. – Теперь даже шотландцы зашевелились, словно нам мало тех неприятностей, что доставляют Людовик и твои возлюбленные сыновья. Они все угрожают вторжением в Англию, и мой английский юстициарий засы́пал меня мольбами о помощи. Не сомневаюсь, тебе, мадам, это известие доставляет удовольствие.

Алиенора не могла оставить незамеченным этот укол.

– Мне очень жаль, что у тебя столько хлопот, – произнесла она. – Но ты сам их накликал.

– Значит, ты к этому не имеешь никакого отношения? – фыркнул Генрих, сохраняя бесстрастное выражение.

– Я никогда и никого не провоцировала вторгаться в Англию. Не понимаю, как мое присутствие в Англии поможет тебе.

– Неужели ты думала, я оставлю тебя в Руане, когда война бушует на всех фронтах и Париж неподалеку? – злобно ухмыльнулся Генрих. – Одному из наших сыновей – а возможно, и самому Людовику – может прийти в голову освободить тебя. Я не дурак, Алиенора. Ты будешь помещена в надежную тюрьму в Англии и оттуда уже не сможешь сеять смуту.

Алиеноре словно положили на грудь тяжелый камень. Она боялась, что опять потеряет сознание, как это случилось, когда Генри сказал ей о судьбе, которая ее ждет. Надеяться на свободу и вдруг снова провалиться в яму отчаяния – это ужасно! Но Алиенора сумела сохранить контроль над собой.

– И куда ты отправляешь меня?

– Пока еще не решил. Где бы тебе не понравилось больше всего?

Она чуть было не ответила, что в Вудстоке, но вовремя сдержалась. Любая тюрьма, пусть самая мрачная и зловещая, была бы лучше.

– Пока моим сыновьям грозит опасность, мне все равно, где я буду, – ответила Алиенора. – Но что ты собираешься делать с этими девочками – их женами?

– За ними будет хороший присмотр. Я отправляю Маргариту, Констанцию и Алису в замок Мальборо, как гарантию хорошего поведения моих сыновей и короля Людовика. Я поручаю их моей сестре.