Джон Тул - Сговор остолопов

— Это хорошее воспитание, вы уж мне поверьте.

— Твержу ему постоянно, грю: «Игнациус, осторожнее улицу переходи, сынок».

— С этим уличным движением осмотрительнее надо, Ирэна. Вы не возражаете, если я вас по имени называть стану, а?

— На здоровье.

— Ирэна — красивое имя.

— Вы так считаете? Игнациус грит. Ему не нравится. — Миссис Райлли перекрестилась и допила. — Ох, тяжкая у меня дорожка, мистер Робишо. Вам-то об этом и можно сказать.

— Зовите меня Клодом.

— Боженька мне свидетель, ужасный крест мне нести надобно. Хотите, налью вам?

— Ага, спасибо. Хотя не слишком крепкого. Я человек непьющий.

— Ох, Боже-Сусе. — Миссис Райлли шмыгнула носом, наполняя две вазочки виски до краев. — Как подумаю, сколько мне достается. Иногда так просто хоть сядь и поплачь хорошенько.

И с этими словами миссис Райлли громко и неудержимо разрыдалась.

— Ай, не плачьте же ж, — взмолился мистер Робишо, совершенно сбитый с толку трагическим поворотом, который вечер стал совершенно очевидно принимать.

— Я должна что-то сделать. Хоть властям позвонить, чтоб пришли и забрали этого мальчишку, — всхлипывала миссис Райлли. Потом притихла — только чтобы набрать полный рот «Старых Времен». — Может, они его хоть в тюремное заключение посадят или еще куда.

— А ему ж разве не тридцать?

— Сердце разрывается.

— Разве он не пишет чего-то?

— Глупости всякие, которые никому никогда и читать не захочется. А теперь они с этой Мирной оскорбляния друг дружке пишут. Игнациус мне говорит, он эту девчонку еще проучит. Вот ведь ужыс же какой? Бедненькая Мирна.

Мистер Робишо, не в состоянии придумать, что ему на это ответить, спросил:

— А чего б вам священника не позвать, чтобы с мальчиком поговорил?

— Свящ-щенника? — еще пуще залилась миссис Райлли. — Никакого священника Игнациус и слушать-то не станет. Он и нашего приходского-то иретиком дразнит. Они так поругались, так поругались, когда у Игнациуса пёсик умер. — Мистер Робишо не смог подыскать никакого комментария и к этому загадочному высказыванию. — Кошмар же ж был. Я уж думала, меня из Церквы вышвырнут. Прям и не знаю, откуда этот мальчишка идей своих понахватался. Хорошо хоть его бедный папочка покойник. Сердце у папочки бы просто не выдержало от этой его тележки сосысок.

— От какой тележки сосисок?

— Да он же по всем улицам сейчас тележку сосысок толкает.

— О. Значит, он теперь работу себе нашел.

— Работу? — Миссис Райлли всхлипнула. — У меня все соседи уже об нем говорят. Дамочка по соседству мульон раз уж спрашивала. Вся Константинопольская улица об нем судачит. Как подумаю, скока денег я этому мальчику на образование угробила. Знаете, я-то думала, детки должны тебе старость утешать. А какое утешение от Игнациуса?

— Может, ваш мальчик слишком долго в школу ходил, — предположил мистер Робишо. — В этих коллежах столько комунясов.

— От как? — заинтересовалась миссис Райлли, промакивая глаза подолом зеленого тафтяного платья и не подозревая, что являет взору мистера Робишо широкие затяжки на коленях чулок. — Может и вправду вот что с ним такое. Игнациус совсем как комуняс мамулю третирует.

— А вы спросите своего мальчика как-нибудь, что он про демократию думает.

— И спрошу, не сумлевайтесь, — радостно закивала миссис Райлли. Игнациус как раз такой тип, чтобы оказаться коммунистом. И даже немножко похож на какого-нибудь. — Может, я его припугну хорошенько.

— Мальчик этот ваш не должен вас огорчать. У вас же ж очень прекрасный характер. Я такое в даме сильно уважаю. Когда я вас возле кегельбана с мисс Баттальей узнал, так сразу себе и сказал: «Надеюсь, я с нею когда-нибудь познакомлюсь».

— Так и сказали?

— Меня ваша прямота прям восхитила — как вы за мальчика свово заступились перед этим грязным фараоном, а особо — если у вас с ним дома нелады. Тут мужество надобно.

— Я уж жалела, что не дала Анджело его забрать. Ничего б больше тогда б и не было. Игнациуса бы накрепко в каталажку заперли.

— А Анджело — это кто?

— Ну вот! И надо было мне варежку разевать. А что я сказала, Клод?

— Что-то про какого-то Анджело.

— Боже-Сусе, дайте-ка я схожу посмотрю, как там Санта. Беньдяшка. Может, о плиту обожглась. Санта постоянно себе обжигается. Неосторожно она с огнем, знаете ли.

— Если б обожглась, так закричала бы.

— Санта уж не закричит. У ней много мужества, вот же ж девочка. Из нее и слова не вытянешь. Крепкая порода итальянская.