Энн Фортье - Царица амазонок

Повествование – пестрая смесь слухов и псевдонаучных рассуждений – выстраивало некую систему теорий о расцвете и гибели народа амазонок. По большей части все это было мне знакомо, однако несколько моментов оказались новыми для меня, и я была весьма рада сбежать от одержимого страхами настоящего, пусть и на время, и погрузиться в жизнь, протекавшую на юго-восточном побережье Черного моря.

– «Народы в этих краях рассказывают следующую историю, – бормотала я себе под нос, вслух переводя особенно интересные отрывки, – и утверждают, что это чистая правда. Они говорят, что после того, как амазонки потерпели сокрушительное поражение от рук могучего Геркулеса, униженные женщины, по обыкновению, перессорились между собой». – Я сделала большие глаза и откусила еще кусок от заказанного в номер шницеля «Вернер», прежде чем вернуться к тексту. – «В любом случае… По моему старомодному римскому пониманию, именно тогда юный народ амазонок разделился. Говорят, что наиболее свирепые из них отправились к Черному морю и основали прославленный город Фемискиру, в то время как остальные, уставшие от разрушений и трагических потерь во время Троянской войны, забрели в огромные леса на севере и растворились во мраке неизвестности».

Я откинулась на спинку кресла, чтобы переварить этот неожиданный поворот известной легенды. Мысль о том, что амазонки разделились на две группы, была для меня абсолютно новой, и я пыталась понять, почему никто из древних авторов никогда об этом не упоминал. Должно быть, решила я в итоге, либо это была полнейшая ерунда, либо никто, кроме П. Эксулатуса, не интересовался устными преданиями черноморского региона.

Лишь поздно вечером, уже после того, как я, почистив зубы, забралась в постель, «История» наконец-то доползла до темы, которую я жаждала увидеть в манускрипте с самой первой страницы, – сокровища амазонок.

– «Что касается прославленного сокровища амазонок, – прочла я, к этому времени уже привыкнув к помпезному стилю текста, – некоторые знающие люди поддерживают мнение, что его никогда не привозили в Фемискиру и что только дураки продолжают искать его в этих краях. Они утверждают, что тогдашняя царица амазонок, которой царь Приам доверил самые ценные предметы Трои, была как раз среди тех, кто удалился в темные леса на севере. По этой причине и возникло общее мнение, что это сокровище давным-давно утеряно, поскольку те амазонки, стерев себя с карты мира, заодно и сами исчезли с лица земли. И ни один из наших храбрых римских легионов, что стояли в земле сарматов или Великой Германии, никогда не докладывал о том, что видел там какие-либо сокровища, кроме примитивных… – я немного помедлила, подбирая подходящее для перевода слово, – безделушек, которыми так дорожили варвары и которые ни один из командиров не стал даже доставлять в Римскую империю, чтобы не позориться».

Далее в тексте излагались довольно-таки бесцеремонные замечания о северных варварах, но бледные буквы было так трудно читать в свете прикроватной лампы, что в конце концов я решила отложить дальнейшее до утра.

Я лежала в постели, и мои мысли вертелись вокруг Ника. Я пыталась вообразить себе его ярость, когда он обнаружил, что я сбежала вместе с «Историей» и его секретным конвертом… но не могла. Слишком возбужденная, чтобы заснуть, я села и снова принялась просматривать те документы, которые так потрясли меня утром, и в очередной раз прочитала сопроводительное письмо, приказывающее убивать амазонок. Могло ли быть так, что я слишком поспешила, решив, что это послание от аль-Акраба к Нику? Теперь, когда я знала об обещанном Резником вознаграждении в миллион долларов, мне казалось, что автором письма был скорее он, чем аль-Акраб.

Не в силах прийти к какому-либо выводу, я отложила письмо и снова легла. Пришло время, решила я, внимательно рассмотреть то, что, как мне казалось, я знала. Некий П. Эксулатус говорил об амазонках, двинувшихся на север… А почему бы и нет? Разве в некоторых европейских легендах не упоминались время от времени некие девственницы, посвятившие себя искусству войны? Однако до настоящего момента я лишь с презрением фыркала, натыкаясь на легенды о средневековых амазонках, живших вдоль Дуная, и об их женщине-военачальнике Шарке, которая будто бы обезглавила сотню мужчин в одной-единственной битве и изнасиловала несколько десятков пленников… прежде чем убить и их тоже.

Возможно, амазонки действительно продолжали жить там, в диких лесах Центральной и Северной Европы, только стали называть себя по-другому. Может быть, валькирии, воинственные девы со щитами из древних скандинавских мифов, и есть гордые наследницы доисторических амазонок? Эта соблазнительная идея на время заняла мой ум, и я, по крайней мере, перестала думать о Нике.