Том Перротта - Маленькие дети

— Вы не видели маленькой девочки с забинтованным коленом? — спрашивала она у всех подряд.

Потом Сара вдруг вспомнила листовку — «Среди нас появился извращенец!» — и запаниковала уже окончательно. Так и не сняв купальника с болтающейся на бедре этикеткой, она бросилась в торговый зал и начала бегать между вешалками с криками «Люси, где ты?». Замечая изумленные взгляды других покупателей, Сара хваталась за голову и причитала: «Я потеряла свою маленькую дочку!» Она уже видела, как Рональд Джеймс Макгорви гладит девочку по головке и предлагает угостить ее мороженым. Перед мороженым Люси не сможет устоять.

— Люси, где ты?

В зале электроники Сару догнал молодой темнокожий охранник, твердо взял ее за плечо и предложил успокоиться. Он сообщил, что девочка в безопасности и ждет маму около кассы.

— Мы присмотрим за ней, — пообещал он, — а вы возвращайтесь в кабинку и переоденьтесь.

Вечером, рассказывая эту историю Джин, Сара даже не упомянула о том, что Люси потерялась. Она просто пожаловалась на то, как непросто купить купальник вообще, а уж тем более в компании с трехлетним ребенком.

— А мне очень нужен новый! — заявила она со страстью, удавившей даже ее саму. — Старый уже никуда не годится.

— А почему бы тебе не заказать несколько моделей по каталогу? — предложила Джин. — Моя невестка всегда так делает. Спокойно примеришь их дома, пока Люси спит, а те, что не подошли, отправишь обратно. Это гораздо удобнее, чем ходить по магазинам.

Сара, которая всю жизнь носила довольно закрытые однотонные купальники, была поражена обилием фасонов и расцветок, представленных в каталоге. Похоже, бикини опять вошли в моду, причем на их тему появилось множество самых разнообразных вариаций: лифчики с лямками, лифчики без лямок, лифчики с косточками плюс несколько вариантов нижней части, в основном различающихся степенью открытости ягодиц. Она с удовольствием углубилась в выбор, радуясь, что ей не мешает больше ни ограниченный ассортимент магазина, ни критические взгляды других покупательниц и продавщиц, которые никогда не упускают возможности высокомерно поднять бровь, стоит тебе заглядеться на какую-нибудь вещь, не соответствующую, по их мнению, твоему возрасту или фигуре.

По каталогу Сара заказала модели гораздо смелее и сексуальнее тех, которые она осмелилась бы примерить в магазине (да и вообще надеть на публике). Она выбирала купальник, думая о Тодде, и только о Тодде. Он в одних плавках сидел на зеленой лужайке у городского бассейна — почему-то в тот момент там не было никого, кроме них двоих, — и с восторгом смотрел, как Сара, словно Афродита, выходит из воды в черном лифчике на косточках и крошечных трусиках, размер «т» или даже «s». Делая заказ по телефону, она испытывала непривычное радостное возбуждение, и ее голос слегка дрожал, когда она диктовала номер кредитной карточки.

Но оказалось, что купальники могут быть доставлены только через шесть рабочих дней (Сара не догадалась заказать срочную доставку), и к тому времени от ее восторженного состояния уже ничего не осталось. Чем больше дней отделяло ее от того поцелуя, тем меньше она понимала, как такое могло случиться. Что с ней произошло? Как могла она позволить незнакомцу целовать себя на глазах у людей и — самое главное! — у собственной дочери? Люси, к счастью, не обратила на происшествие никакого внимания, во всяком случае никогда не поминала его, но все равно иногда Сара даже сочувствовала Мэри-Энн, Терезе и Шерил. Естественно, они не пожелали разговаривать с ней после того, что случилось. Как должны были они объяснить все это своим собственным детям?

И с какой стати она решила, что такой мужчина, как Тодд, захочет любоваться на ее бикини, даже если у нее хватит духу появиться в нем на городском пляже? Сара ясно представила, как он презрительно морщится, обнаружив ее маленькую грудь и отвратительный валик жира вокруг пупка. Что, если он обойдется с ней так же, как Артур Малони? Что Сара станет делать тогда?

Артур Малони был тощим прыщавым ботаником, который играл в школьном театре и имел дурацкую привычку громко хохотать над собственными шутками. Но однажды осенью, в самом начале девятого класса, Сара увидела его в «Смерти коммивояжера» — для шестнадцатилетнего подростка он на удивление убедительно изображал Вилли Ломана — и решила, что он непременно должен стать ее парнем. Призвав на помощь весь свой небольшой опыт и вспомнив теорию, она начала довольно неумело кокетничать с Артуром: томно смотрела на него на уроках английского — единственных, где они встречались, — и наизусть выучила его расписание, чтобы «случайно» сталкиваться с ним несколько раз на дню. В тех редких случаях, когда ей удавалось поговорить с ним, Сара не забывала похвалить его манеру одеваться или вспомнить о каком-нибудь его удачном высказывании. Несколько раз она спрашивала его о планах на выходные или о фильме, который как раз шел в кинотеатре, но все ее намеки отскакивали от Артура, словно он был покрыт защитной броней.