Джули Тиммер - Лишь пять дней

— Может, не стоило сейчас заводить этот разговор? Слишком рано, я имею в виду. Понятно, что еще многие годы мы не будем нужны Лакс.

— Стоило! — перебила ее Мара. — Просто отлично, что ты об этом заговорила! Я постоянно беспокоюсь, в кого она может превратиться без матери. Пусть сейчас она не так в вас нуждается, но для меня важно, что вы сказали это именно сейчас! Том, конечно, замечательный, и вы это знаете! Но можно ли вообразить, как он помогает Лакс выбрать ее первый бюстгальтер, или говорит с ней о первых месячных, или о разбитом сердце после первой неудачной любви? Думая обо всем этом, я не сплю по ночам. Да, я знаю, что вы всегда будете навещать ее и проводить с ней время, но сама никогда бы не осмелилась просить вас обещать это!

Мара смотрела на подруг, и в ее темных глазах светилась безграничная благодарность.

— Вы только что избавили меня от самой большой печали, которая терзала меня беспрерывно все это время. У Лакс не будет мамы, у нее будет…

— Две, — закончили они вместо нее.

Глаза Мары вновь налились слезами, «Те Леди» обняли ее, и они втроем заплакали.

Друзья только что пообещали такое, о чем десять минут назад она и не мечтала! Мара понимала, что только что сделала самое главное для своей дочери! Все ее списки и планы меркли по сравнению с этим! Она совсем забыла об этом, а «Те Леди» решили все мимоходом, в промежутках между бокалами мерло!

Стэф подняла свой бокал, и остальные чокнулись с ней.

— За «Тех Леди»! Мы вдвоем никогда даже наполовину не станем такими мамами, как Мара! Но, черт побери, мы будем стараться!

После той ночи Мара поговорила с каждой из них лично об их предполагаемом списке обязанностей. Однажды на йоге Мара шепнула Стэф:

— Ты так хорошо разбираешься в здоровой пище, фитнесе, пищевом дисбалансе и всем прочем, ты же знаешь это, верно?

С другой стороны, Джина как-то призналась о своих непростых взаимоотношениях с пищей и упражнениями. Том может прочитать целую лекцию об аминокислотах, белках, но что он знает о психологическом давлении на подростка — ешь меньше, худей, выгляди как модель, мори себя голодом!

Стэф одобрительно закивала, заранее зная, что ей поручат именно это.

В другой раз, находясь в кухне Мары, Джина как раз меняла напоминалки и расставляла все по своим местам. Мара раздумывала, что приготовить на ужин.

— Ты же ей расскажешь что-то вроде «узнай, какое любимое блюдо у твоего мужа и приготовь его», правда? Боюсь, она так много наслушается о женской свободе от Стэф, что будет думать, будто выражать любовь по отношению к партнеру равносильно потере женщиной прав и свобод! Я хочу, чтобы она свободно и щедро дарила любовь близким, не важно, политкорректно это или нет! И пусть бы это касалось не только ее мужа, но всех. Чтобы она звонила бабушке и дедушке узнать, как у них дела, а не ждала, когда они позвонят! Хочу, чтобы она помнила о таких вещах. О таких мелких и вроде незаметных, но на самом деле очень важных. Звонить Тому и поздравлять его с Днем рождения — это просто, но…

— Она должна звонить ему, чтобы поздравить с годовщиной вашей свадьбы, — мягко добавила Джина.

— Верно!

— Уже себе пометила! Все записала!

Лакс влетела в гостиную, сияя от радости в ожидании увидеть своих самых любимых — бабушку, дедушку и «Тех Леди». Она обняла бабушку и дедушку, потом Мару, Стэф и Джину и плюхнулась Джине на колени. Мара слышала, как она шепотом рассказывает о новых пуантах. Несколько минут спустя вошел Том, раздал поцелуи в щеки трем женщинам, одну поцеловал в губы, пожал руку Пори и передал Лакс небольшой пакет.

— Отправляйся сразу в свою комнату и положи это в шкаф, мисс Грязнулька, как и договаривались.

— Папа! — возмутилась Лакс, кося глазами на гостей. — Не называй меня так при «Тех Леди»!

— Прости, Лакшмабети!

Джина бросила строгий взгляд на Тома, но тот пожал плечами.

— Так привык к этому милому прозвищу! Остальное еще не выучил, дайте мне еще двадцать два года. — Нейра с нежностью похлопала зятя по руке и понимающе улыбнулась Маре.

И Мара, и Нейра знали, как Том любит эти детские прозвища для членов семьи. Просто в его детстве ничего подобного не было, кроме, пожалуй, «маленький говнюк, как и твой отец!»

Лакс схватила сумку и выбежала из комнаты.

— Миссия выполнена! — сообщил Том жене, как только девочка была за переделами слышимости. — Думаю, она практически избежала смерти через повешенье во время субботних занятий. Выбирала обувь так тщательно. Когда же дело дошло до розовых колготок, я чуть не махнул на все рукой! Те слишком плотные, те слишком тонкие, те еще какие-то, уже не помню. Мне аж захотелось кого-то придушить!