Алексей Кирносов - Два апреля

- Марат Петрович, когда будете сдавать вахту Двоскину, определитесь поточнее. К тому времени появятся еще два маяка. Имейте в виду, что рефракция искажает пеленги. Про интерполируйте несколько раз.

- Будьте спокойны, -сказал старпом.

Овцын оглядел мостик. Эры не было... «Кажется, я опять, нагрубил, - подумал он. - Ведь не хотел же...»

Скоплялись суда каравана на Двинских рейдах. Дел было немного. Главное дело - следить, чтобы не разлагались команды. Вечерами Овцын ходил к начальнику Архангельского отряда - собирались интересные старики, знавшие назубок всю историю овладения Севером и помнившие невероятное. После чарки старики яснели, молодели и, поругивая нынешние хлипкие времена, вспоминали былое. В воспоминаниях одна за другой следовали смерти, но это были яркие смерти, не жаль становилось погибшего, а завидно...

Истосковавшийся по семье Згурский улетел в Москву «проявлять пленку». Он звал с собой Эру, но та отказалась. Видимо, ни по кому в Москве не скучала. Рано утром - в это время Овцын шел купаться - Эра уходила и возвращалась на судно к вечеру. Вскоре в местной газете, а потом и в центральных появились статьи про Архангельский порт за подписью Э. Левтеева. На «Кутузове» читали эти статьи и обижались, что Э. Левтеева пишет про другие суда, а не про свой родной «Кутузов». Через две недели оператор вернулся, ругаясь, что новая, не освоенная еще машина погубила сорок процентов пленки. Но ругался весело, чувствовалось, что он доволен поездкой и ему немедленно хочется в Арктику.

- Когда же выйдем? - часто спрашивал Згурский.

Овцын пожимал плечами:

- Лед хозяин.

Несколько дней Згурский снимал Архангельск. Потом заскучал.

- Приходите завтра в «Интурист», - сказал Овцын. - Там соберутся капитаны, вам будет полезно посмотреть.

- По какому поводу? - поинтересовалась Эра.

- Повод романтический: день летнего солнцестояния.

- Это когда самый длинный день в году?

- Совершенно верно, - сказал Овцын. - И по-моему, серьезный повод для торжества.

- Было бы желание, - отозвалась Эра. - Иван Андреевич, вода в Двине очень холодная?

- Прекрасная вода, - сказал Овцын. - Хотите искупаться?

- Очень. Возьмите меня с собой завтра утром. Одной неудобно, никто еще не купается.

- Я позвоню вам, - сказал он.

Овцын проснулся в семь утра, раскрыл дверь на палубную веранду, поежился от прохладного ветерка. Погода уже несколько дней была прекрасной. Двина сияла серебром под солнцем, и по ней, пыхтя, шныряли юркие «макарки». Овцын поиграл гантелями, разогрелся, потом позвонил в каюту журналистки.

- Давно жду, - сказала Эра.

- Спускайтесь на берег, я мигом.

Они дошли до мостков, с которых архангельские женщины, подоткнув подолы под резинки панталон, до позднего вечера полощут свое нескончаемое белье.

Но в этот ранний час архангельские женщины собирают мужей на работу и мостки свободны.

- Отсюда можно нырнуть, - сказал Овцын.

- Я не буду нырять, - отказалась Эра. - Не хочу мочить волосы.

- Нырять придется, - улыбнулся Овцын. - Входить постепенно очень холодно.

- Вы же сказали, что вода теплая.

- Нет, Я сказал, что вода прекрасная.

- Опять надули. Что с вами делать?

- Решите после купания, - сказал Овцын. - Если не понравится, можете казнить меня. На «Кутузов» я подыщу замену.

Она фыркнула и отвернулась. Они разделись. Эра подошла к краю мостика.

- Значит, вы советуете нырнуть? - жалобно спросила она.

- Только так, - сказал Овцын.

Ничего в ней нет нескладного, думал он, глядя на Эру, просто она не умеет одеваться.

- Моя жизнь на вашей совести, - сказала она и прыгнула в воду.

Овцын дождался, когда ее голова показалась на поверхности, и нырнул вслед. Он подплыл к ней, спросил:

- Позвольте поинтересоваться вашими первыми впечатлениями ?

- Вы злодей, - сказала Эра, отфыркиваясь. - Безумно холодно. Но здорово.

- Казнить не будете?

- Бог с вами, живите.

Он плыл чуть поодаль, погружая голову в прозрачную воду, и думал, что течение здесь сильное, не то что в Прегеле, и надо забирать левее, а то потом трудно будет выплыть против течения к мосткам, а выныривать где-нибудь у пассажирской пристани грязно и неприлично для солидных граждан. Он подумал, сможет ли вытащить ее на таком течении, если она начнет тонуть, и, хотя Эра плыла уверенно, он заволновался и крикнул:

- Эй, не пора ли обратно?

Эра обернулась, засмеялась:

- Замерзли, капитан? Или выдохлись?

- Посмотри, где наши мостки, глупая девчонка! - крикнул он.