Александр Клюге - Хроника чувств

Они прилетают с Британских островов, сказал сотрудник посольства, отвечающий за безопасность, и вместо того чтобы оставаться на территории посольства, спокойно устроиться здесь на английском газоне и ждать, пока одна из соответствующих московских инстанций найдет время принять их, они хотят познакомиться с Россией, таинственной и неизвестной. А кончается дело тем, что мы обнаруживаем этих искателей счастья в каком-нибудь парке при попытке запустить свой агрегат в девицу, работающую на КГБ.

Какое ужасное выражение, отозвалась сотрудница, только что прибывшая из Великобритании для проведения внутренней ревизии. Ей предстояло проверить расходы московского посольства, и поэтому она стремилась наладить контакт с руководителем службы безопасности. Представьте себе, что мы влюбились друг в друга («fallen in love») и вы овладеваете мной с моего согласия, — в этом случае сначала возникает некая атмосфера, окутывающая покровом непосредственный акт. И такое техническое выражение, как «запустить агрегат», для этого просто не подходит. Разве что вы намеренно разрушаете ауру, излучаемую этим действием. Разве вы не согласитесь со мной хоть немного?

Нет, ответил контрразведчик. Этих людей нам возвращают без всякой атмосферы, раздетыми и подвергнутыми шантажу, даже если на них сохранилась одежда. В том-то и заключается, если посмотреть с позиций другой стороны, смысл этой сцены. Если представить, что я соблазню вас вот здесь, то это была бы другая история, и я поостерегся бы пользоваться такими техническими терминами.

И как бы вы это назвали? Молодая сотрудница считалась свободомыслящим ревизором зарубежных представительств. Это зависит от того, составляю ли я отчет или разговариваю с вами вот здесь, а также от того, касается ли это меня самого, или я просто наблюдатель и должен прокомментировать это как специалист, ответил контрразведчик. Если бы дело касалось меня самого, я бы нашел переносное выражение.

Почему же? быстро отреагировала женщина. Должны же быть какие-то утонченные выражения для этого.

Но их нет, ответил контрразведчик. Вам это известно так же хорошо, как и мне. Это постоянно крутится в голове, но выхода не находит, потому и нет выражения.

— Но в ваших словах содержится некий смысл…

— Что значит «содержится»?

— Когда вы говорите, что это «постоянно крутится в голове».

— И что?

— Мне кажется, что выражение все-таки есть.

— О чем это вы?

— О том же, о чем и вы.

— Я говорил о том, что «содержится», и спросил, как это понимать.

— А я ответила, но уже не знаю точно, на что.

— Мы говорили о визитерах из Британии с их «агрегатом» и кагэбэшной девицей.

— Ах да, и мне не понравилось это выражение.

— Но вы не предложили ничего более подходящего.

— Нет, потому что думала о себе самой.

— И для этого у вас тоже нет подходящего выражения, так ведь?

— Так, может, оно есть у вас ?

— Когда я хочу сказать о себе?

— Да. Признайтесь, у вас мелькнула какая-то мысль?

— Именно что мелькнула.

— Вас вдохновил пример.

— Потому что я представил себе выражение получше.

— Для этого самого?

— Получше, чем «агрегат».

— Атмосфера?

— Нет, я просто представил себе «запуск», если быть честным.

— Тогда выражение годится для чего-нибудь нехорошего.

— Это как посмотреть.

Настроение улетучилось.

Ну так расскажите, в чем задачи вашего отдела, сказала молодая сотрудница. Я сравню это потом с расходами.

Что ж, это ваша работа, разочарованно проговорил он.

Это моя работа, ответила она. Как и полагалось, они сидели на подстриженном английском газоне.

Дополнение : Не подлежало сомнению, что перемещение островитянки в место, лежащее в самой глубине континента, вызвало неожиданный эмоциональный сбой, которого в обычной ситуации старательно избегают. В чем заключаются, спрашивали себя, независимо друг от друга, контрразведчик и сотрудница министерства, причины этого сбоя? Дело было явно в географии.

Отмеченный высокими наградами Дмитрий Китаенко отвечал на вопросы, предложенные ему западным корреспондентом, в присутствии исполнительницы роли Кармен Эммы Саркисян.