Роберт Ирвин - Ложа чернокнижников

Потом он вручил мне пачку пятифунтовых банкнот и углубился в чтение дневника. Последовали обычные придирки к синтаксису и пунктуации. Я затаил дыхание, ожидая, как он отреагирует на свое описание и на мое восприятие тантрических поцелуев, но он, как всегда, замечал только пунктуационные и синтаксические ошибки. Однако больше всего его расстроило то, что я использовал слово «престижный».

— Да-а-а. Меня так и подмывает отдать эти страницы Мальчику, но, боюсь, ему от этого станет плохо. Ты не можешь называть рестораны, о которых я говорил, — «престижными». Я не мог такого сказать. Слово «престижный» происходит от латинского слова praestigium, означавшего «уловка», «обман», «иллюзия». Таким образом, «престижный» значит «призванный обманывать», «мошеннический». Только люди простые и невежественные употребляют его в значении «выдающийся, знаменитый». «Престижный» взято из речи торговцев подержанными машинами, нищих иммигрантов и тех, кто торгует чудодейственными лекарствами. Эти люди любят такие прилагательные, как «роскошный» и «шикарный». О чем ты думал, Питер, когда ты употребил это слово?

Я же все это время пытался сдержать смех. Я намеренно употребил это слово, потому что догадывался, что оно его заведет. Теперь я отчаянно жалел, что не напихал в текст побольше таких словечек, и продолжал расспрашивать Фелтона о правилах правописания через дефис и постановки точки с запятой в надежде оттянуть неизбежный ужас второго урока поцелуев. Без толку… Через какое-то время даже Фелтон устал от точек с запятой, встал с кресла и сделал мне знак, чтобы я тоже встал и подошел к нему. Но я не двинулся с места. Вместо этого я спросил:

— Доктор Фелтон, вы считаете меня гомосексуалистом?

За все время нашего знакомства это был второй раз, когда мне удалось удивить Фелтона. Он помолчал, видимо пытаясь решить, как много он может мне сказать. Наконец он ответил очень кратко:

— С какой стати? Из твоего дневника ясно, что наш последний урок поцелуев вызвал в тебе отвращение. Кроме того, для Ложи принципиально важно, чтобы ты был гетеросексуалом.

Он снова дал мне знак приблизиться — на лице его застыла жестокая улыбка. Мы сблизились для поцелуя… а затем мы поцеловались еще и еще раз. Я пытался держаться, повторяя про себя, что Фелтон — всего лишь проекция моего сознания. На этот раз акцент сместился с дыхания на обмен слюной. Фелтон объяснял некоторые причудливые магические способы использования слюны. Человеческая слюна на самом деле очень похожа на змеиный яд. Эти жидкости содержат множество сходных ферментов. Слюна — один из самых ценных препаратов в Черной Аптеке Герметического Храма.

Я думал, что после окончания урока поцелуев наша встреча закончится, но не тут-то было. Фелтон решил вернуться к моему рассказу о Салли.

— Интересно, отдаешь ли ты себе отчет в том, какой она предстает на этих страницах. Когда я читаю твою книжицу, она мне кажется человеком недалеким, способным поверить в сказки о возвращении короля Артура. Она как слизень, пребывающий в вечной спячке. Она тобой манипулирует, чтобы склонить тебя к тому, чего ей хочется.

— Это неправда. Вы ее совсем не знаете.

— Ты прав — я никогда не встречал девушки, о которой идет речь. Но ведь это не я, а ты обвиняешь ее в своем дневнике. Ты все время говоришь, что она недостаточно хороша для тебя.

— Вы хотите сказать, что мне нужно от нее отделаться?

— Ты сам так пишешь.

— Но она моя подружка!

— Ложа найдет тебе другую.

— Вы не можете всерьез рассчитывать на то, что я брошу подружку из-за двух сотен фунтов в неделю. Вы не можете покупать людей вот так просто!

На самом деле мне было интересно, не повысит ли Фелтон ставку. Еще я думал, смогу ли я отказаться от Салли, скажем, за тысячу фунтов в неделю. В конце концов, я мог бы заплатить ей из этих денег что-то вроде отступных за то, что она откажется быть моей подружкой, типа как американское правительство платит своим фермерам за то, чтобы они не выращивали люцерну.

Но Фелтон настаивал на том, что платит мне исключительно за право инспектировать мой дневник. Так мы и договорились. Фелтон вовсе не собирался подкупать меня, чтобы я предал кого-нибудь или что-нибудь. Это бессмысленно, потому что я должен научиться самодисциплине. Но если я не откажусь от Салли, я не смогу продвинуться на Оккультном Пути ни на шаг. Я смогу стать Посвященным, если только откажусь от своих желаний. И так далее, и тому подобное.