Борис Пугачев - Зеркало для слепого

— Может, в Италии так и принято… Что, если там все рестораны такие?

— Может быть, но подобные подарки делать просто неприлично — в этом я убежден. Ты же по выставкам поездила. Что дарят коммерсанты друг другу, даже если подписали сверхвыгодный контракт?

— Прекрати. Это уже на сплетничество похоже. Может быть, твоя сестра горячему итальянцу понравилась. Влюбился и делает подарки, а Серега по наивности думает, что это из-за него.

— Это вряд ли. Хотя… Возможно, начали проявляться гены.

— Да, гены у вас в этой части мерзкие. Мама твоя…

— Маму не трогай! Она тебе кроме хорошего ничего не делала.

— Не любила она меня. Считала, что я тебе не пара. Кстати, тут вчера твоя звонила… Ворона эта черная.

— Ты про Оксу?

— Про нее. Это какая-то постоянная добавка к нашей семье. Чего она к себе в Душанбе не уезжает?

— Она теперь здесь жить станет. В Душанбе война. Я же тебе перед Новым годом объяснял.

— Понятно, почему ты так поздно с работы стал приезжать. Что у вас за отношения?

— Знаешь, Лен… Ты вот женщина сильная, все у тебя есть, а Окса одна. Она слабый человек. Мой близкий друг, а может, и больше. Я ее не брошу. Тебе либо придется с этим мириться, либо будем расходиться. Я не настаиваю, но сказать это должен был давно. Она теперь живет в Москве, я буду тесно с ней общаться. Подумай и один раз на всю жизнь реши: устраивает ли тебя такая ситуация? Только сказать ты это должна однажды и навсегда.

— Хорошо, — спокойно согласилась Лена. — Я подумаю и решу. Конечно, точки над «и» необходимо поставить. Ты осознаешь, что у нас есть дочь?

— Я все осознаю. Жалею только о том, что такой разговор не состоялся раньше. Это была моя слабость. Однако не делай глупостей и не начинай по этому поводу советоваться с Наташкой.

— Давай оставим эту тему. Я же сказала, что подумаю.

— Не я ее поднял, но хорошо, что мы об этом поговорили. Думай, решай, но, уж коль пошла такая пьянка, не тяни. Я тебя и Наташку люблю. Решение целиком за тобой, но с учетом того, что в ближайшее время изменений в моем поведении и общении не будет. Это жесткие рамки нашей жизни. Реалии, так сказать.

— Я все поняла. Не надо повторяться. Поехали…

— Как погуляли, родители? — открывая дверь, спросила Наташа. — Где итальянские сувениры?

— Все хорошо. Итальянские сувениры выпили, — ответил Родик. — Чем занималась?

— Уроки делала и телик смотрела. Как это вы итальянские сувениры выпили?

— Это было итальянское вино. Детям не положено.

— А мне сувенир?

— А тебе нечего не привезли. Да и что тебе привозить? У тебя в последнее время хобби нет. Камни забросила, ракушками не интересуешься. Рисование…

— Неправда! Я рисую.

— Да? Покажи, а потом альбомы художественные посмотрим. Сравним…

— Ага, опять смеяться будешь. Не хочу. Давай лучше видик посмотрим.

— А видик смотреть я не хочу. Надоели примитивные боевики и комедии, а чего-то серьезного у нас нет. Мне ездить на Шаболовку некогда, а ты…

— Я у подруг классные фильмы беру. Уже давно никто из приличных людей на эту Шаболовку не ездит. Меняются или в других местах покупают. Мне девчонки дали супербоевик с Микки Рурком и Ван Даммом. «Двойная команда» называется. Давай посмотрим?

— Старье. Я этот фильм еще два года назад видел. Вообще все эти боевики с рукопашным боем даже у нас начали снимать. Примитив. Я тут смотрел какой-то боевик… По-моему, называется «Мастер Востока» или что-то в этом роде. Думаю, где-то у нас в Москве в подвале сняли. Нашли какого-то тэквондиста или каратиста, а может, какого-то другого «иста». Получился примитив не хуже, чем с твоим Ван Даммом.

— Сравнил! У нас таких фильмов не снимают. Там класс…

— Вы устали потому, что задавили в себе дух. Чтобы стать непобедимым, надо победить себя, — зловещим голосом произнес Родик и, шутливо выкинув вперед ногу и руку, закончил: — Вот когда постигнешь мудрость мудрецов, тогда и будем стрелялки-ударялки смотреть. Тогда нечего больше делать будет. Это твой путь, и ты пройдешь его во что бы то ни стало. А пока лучше что-нибудь почитай, если не хочешь с папой альбом Токмакова.

— Я ни не хочу. Просто уже поздно. И еще не все уроки сделала. Может быть, завтра альбомы полистаем?

— Как скажешь. Я тогда своими делами займусь.

Родик достал толстый скоросшиватель с надписью «Телефон» и, устроившись в своем любимом кресле, в очередной раз углубился в изучение документов, подготовленных Сергеем Сергеевичем. Телефония, к которой все привыкли и которую не считали предметом роскоши, в техническом и коммерческом аспектах оказалась сложным и многофакторным явлением, имеющим, как все больше осознавал Родик, огромные перспективы, во многом недооцененные, особенно в России.