Таня Валько - Арабская жена

— Получи наконец эти чертовы права, а там и машинку недорогую тебе подыщем. Приедет твой старина — будет ему сюрприз.

— Да-да, славная идея, — соглашаются остальные товарки. — Без машины ты тут как рабыня Изаура.

— Кажется, у меня нет способностей к вождению, — возражаю я, поскольку вовсе не уверена, что Ахмед отреагирует положительно. Боюсь, его не слишком порадует моя самостоятельность.

— Да что ты, это плевое дело! — восклицает импульсивная Божена. — Водить все умеют, только некоторые об этом не знают.

— Легко тебе говорить, Боженка! — поддерживает меня Зося. — Какой пробег у тебя за плечами? Сколько лет ты таксистом проработала?

— А-а, так вот почему ты так легко водишь. — Я понимающе киваю.

— Так или иначе, а попытаться надо, — подытоживает Бася.

— Но я боюсь! И денег у меня нет, — прибегаю я к последнему аргументу.

Пачка банкнот, которую мы держали в ящике в спальне на так называемые домашние расходы, почти полностью растаяла. Понятия не имею, что я буду делать, когда сбережения закончатся совсем. Не идти же мне к его матери и просить у нее на карманные расходы! Как он мог вот так оставить меня одну в чужом городе, в незнакомом окружении, без средств к существованию!

Девчонки погрустнели, смотрят на меня с пониманием и сочувствием.

— Пойдем-ка прогуляемся. — На мое плечо ложится крепкая рука Баси. — Когда он наконец вернется? — помолчав немного, спрашивает она без обиняков. — Оставил тебя в доме своей матери без гроша за душой? Это ужасное свинство с его стороны!

— Немного денег у меня было, но они уже заканчиваются. Что ж мне, идти к его родственникам и спрашивать у них, как там мой муж и когда он вернется?

— Нет. Притворись, будто тебя это не касается. Этим ты больнее всего заденешь его.

— Кажется, он хочет показать мне, что без него я никто, без него я пропаду.

— Вот поэтому ты должна ему доказать, что распрекрасно справляешься и сама. Он должен понять: ты с ним потому, что хочешь этого, а не потому, что у тебя выхода нет. — Баська останавливается и всерьез задумывается. — Нужно поискать для тебя работу.

— Ха, легко сказать! У меня ведь только аттестат зрелости.

— Такие тоже нужны, — заявила она, развеяв мои опасения. — Ничего не бойся, что-нибудь придумаем.

— Правда? Но ведь я ничего не умею делать.

— Расслабься! Ты к себе слишком строга. — Она смотрит мне прямо в глаза. — Убирать умеешь?

— Ну, это уж непременно.

— С детьми поиграть сможешь?

— А то как же! — восклицаю со смехом, догадываясь, что у Баси уже созрел план относительно меня.

— Вероятно, я скоро получу халтурку в посольстве. Знаю, что им нужен еще один человек. Я еще никому этого места не предлагала, поскольку, вообще-то, все они, — она кивает в сторону наших товарок-соотечественниц, — ужасно ленивые и расхлябанные. Кончилось бы это тем, что мне самой пришлось бы пахать за них, да еще и деньгами с ними делиться. Но ты в патовой ситуации, ты в таком отчаянии, что непременно будешь стараться. Я права?

— Да, я буду очень стараться, изо всех сил буду стараться, из кожи вон вылезу! — кричу я, словно шальная, и подпрыгиваю на месте. — Басенька, милая, ты жизнь мне спасаешь! — В восторге я обнимаю ее за шею.

— Оставь, оставь! — отмахивается Барбара, но видно, что она довольна. — Завтра приедешь ко мне, напишем заявление, а сегодня, когда будешь дома, черкни какое-нибудь коротенькое резюме.

— Да, да! — Я не могу поверить своему счастью. — А что за работа? — спрашиваю из чистого любопытства, потому что, в принципе, для меня это не имеет значения.

— Уборка. — Бася поднимает одну бровь.

— Ладно, пускай!

— Я в тебе не ошиблась. Все-таки разбираюсь я в людях. — Бася понемногу сворачивает в сторону нашей компании. — Только рот на замок! — предостерегает она. — Они все чудовищно завистливы.

— Понятно, я ни гу-гу… — Я выставляю вперед два выпрямленных пальца, будто в знак клятвы.

— Даже мой старина об этом не знает, — шепчет Бася, наклонившись к моему уху. — Я ему сообщу… — она делает паузу и глубоко задумывается, комично морща при этом брови, — в нужный момент. Скажу ему, когда принесу в дом первые деньги.

Я восхищенно смотрю на нее. Она стала моим гуру, моей путеводной звездой, моим спасением.

— А затем подыщем для тебя что-нибудь и на постоянной основе. Я слышала, в нашей польской школе имеется вакансия руководительницы подготовительной группы. Как только директор, мой закадычный приятель, вернется из отпуска, я тут же поймаю его и все выясню. Ладно? — довольным голосом произносит она, подсаживаясь ко всему остальному обществу.