Эрика Косачевская - Ночь Патриарха

Я встретилась с мужем Фаины, оказалось, его звали Леонидом, и пыталась объяснить ситуацию, но он тупо стоял на том, что прописываться не будет, а хочет въехать обратно в свою квартиру.

— Эта квартира уже не ваша, а моя, — пыталась я убедить его. — И вы не можете в ней прописаться. Я согласна на новый обмен, но для этого вы должны, как можно скорее прописаться в выделенной мне для обмена комнате. Если я по вашей вине потеряю эту комнату, то ни какой суд, защищающий права детей, не заставит меня отказаться от квартиры.

Но убедить в чём-либо этого, пропившего последний разум, тупого человека было трудно — он во всём видел злой умысел.

К решению вопроса привлекли брата Фаины, очень интеллигентного на вид подполковника. Я даже удивилась, что у Фаины, ткачихи с «Трёхгорки», такой брат. Они вместе с Леонидом пришли ко мне домой, и я подробно осветила ситуацию. Подполковник после некоторых сомнений согласился со мной, что, пока ни отобрали комнату, нужно, как можно скорее, прописываться Леониду, и только после этого начинать новый, так называемый «двойной» обмен.

Прощаясь, подполковник всё-таки не удержался и сказал мне:

— Я надеюсь, вы не обидите сирот…

Из боязни пустить дело на самотёк буквально на следующий день утром мы вместе с Леонидом пошли его прописывать. Но ордер на вселение, оказалось, был уже просрочен!

Мы тотчас поехали в Райисполком, отстояли там огромную очередь и только к концу дня попали на приём к инспектору. Леонид показал свидетельство, что у него умерла жена, это сочли уважительной причиной и, о чудо, ему тут же ещё на месяц продлили ордер.

Домоуправление уже закрылось, и мы договорились с Леонидом, что он завтра прямо с утра сдаст документы без меня.

Должна отметить, что все мои «квартирные» похождения занимали уйму служебного времени, и мне приходилось как-то выкручиваться, а у нас в отделе вёлся, так называемый, «Журнал отсутствия». Поэтому я записывалась то якобы в библиотеку, то в какой-либо проектный институт, то на приём к врачу. Хорошо, что наш заведующий отделом сам не очень любил сидеть на месте, и ему все мои отсутствия были, как говорят, «до лампочки». Лишь бы выполнялся план, а в этом аспекте у него ко мне претензий не было.

На следующий день ближе к вечеру я позвонила Леониду домой — у него оказалось всё в порядке — документы приняли и через два дня велели придти, чтобы забрать паспорт с уже проставленным штампом прописки.

Теперь нужно было искать новые варианты обмена. Я опять дала объявление в газету, но оно должно было быть напечатано только через три недели. Это предоставило мне какую-то передышку, поскольку нервы мои были истрёпаны до предела. А тут как раз подошел срок туристической поездки от Союза архитекторов на десять дней в Индию и Шри-Ланка. Документы на эту поездку я подала полгода назад ещё до начала процедуры обмена, и всё это время шло её оформление. Мы поговорили с папой и решили, что от такой удачи отказываться не следует. Моя приходящая домработница уверила, что мне не нужно волноваться, всё будет в порядке. И я улетела на Цейлон в столицу государства Шри-Ланка город Коломбо.

Я попала в такую экзотическую обстановку, что впечатления от пребывания в этих двух странах заставили забыть все мои неприятности. Окружающая нас действительность казалась сказочно нереальной. Уже по дороге из аэропорта мы видели много зелёных плантаций, издали похожих на наши капустные поля. Но оказалось, что это были плантации ананасов. И росли они, как наша капуста, — на коротком черенке прямо на земле. А я то думала, что ананасы, как бананы и кокосы, растут на деревьях. Стоили ананасы настолько дёшево, что на деньги, заплаченные за маленькую чашечку кофе, можно было купить три-четыре больших спелых плода.

Нас предупредили, чтобы мы не увлекались ананасами, поскольку они могут вызвать тяжёлую аллергию.

Когда нам хотелось пить, мы покупали кокосовый орех, продавец прямо при нас просверливал дырочку и выдавал пакетик с пластиковой трубочкой. Кокосовое молоко было довольно безвкусным и напоминало несладкий чай с молоком. Но жажду удовлетворяло великолепно и было, по словам знающих людей, очень полезным.

Прекрасные песчаные пляжи на берегу океана тянули к себе, но волны всегда были довольно высокими. В этом было какое-то величие, а если представить себе, что перед тобой Индийский океан и до самой Африки на много тысяч километров нет никакой земли, то от этого просто захватывало дух.