Евгений Шкловский - Точка Омега

Хитроумный бампер и назойливый тип…

Вадим решительно двинулся к маячившей в сумерках фигуре. Но тип отнюдь не собирался его дожидаться и быстро стал отдаляться. Вадим ускорил шаг, и тот ускорил, Вадим побежал, и тот побежал. Вадим попытался его догнать, но так и не смог – ноги были как ватные. Потом человек остановился, обернулся к Вадиму и неодобрительно покачал головой.

Выдвигающийся бампер – надо ж такому присниться!

Но тип на противоположной стороне улицы – он ведь реально был, Вадим его видел, а тот видел, как машина Вадима чирканула по «ауди». И теперь после изнурительного, судорожного, нелепого сна Вадиму снова было не по себе, снова мерещилось, что его разыскивают, чего-то от него требуют. Тотчас заныло в правом боку, поначалу тупо, но с каждой минутой все острей.

Надо было забыть, легче, проще надо смотреть на вещи. Как-нибудь да распогодится. Раньше ему, между прочим, это вроде удавалось. Или только казалось?

То, что клуб закрывался, было даже на руку. Никто не будет его искать, а он ни от кого скрываться. Он попытался расслабить лицо и даже улыбнуться – так учил его Юра, один из инструкторов в клубе, явно запавший на китайские штучки. Получилось же с точностью до наоборот – вместо улыбки какая-то гримаса.

Обычно Юра дежурил возле бассейна. Время от времени они обменивались какими-нибудь новостями – о погоде, о спорте, вообще о жизни. В его лице было что-то недоработанное, неотчетливое, такое бывает у олигофренов, но впечатление было обманчивое: вполне неглупый парень, любил пошутить да и рассуждал здраво. В бассейне он часто занимался с детьми, с одним или с группой. Дети его слушались.

В метре от бассейна вдоль бортика располагались большие горшки с растениями – карликовые пальмы, розы, еще какие-то декоративные деревья с цветами. Юра ухаживал за ними, хотя это и не входило в его обязанности. Не раз Вадим замечал, что он даже стирает с листьев пыль. Подойдет к растению и губкой, смоченной в стоящем рядом пластмассовом ведерке, нежно водит по листьям, поддерживая другой рукой, чтобы ненароком не повредить хрупкий черенок.

«Люблю, – говорил он. – У меня и дома много, не могу без них. У каждого свое лицо, свой нрав, но все хорошие. Или почти все, даже ядовитые. Ядовитые они для человека или для животного, а так ведь это просто для выживания, чтобы какой-нибудь зверь не обглодал. Колючки у кактуса для чего? Ага, для защиты. Зато какие красивые у некоторых цветы, просто супер. Если бы человек умел впитывать всю информацию, которая исходит от них, он бы и жил иначе, и болел меньше».

Оксана тоже была неравнодушна к растениям, но и в этом меры не знала. У нее цветы в горшках и банках на подоконниках превращались в дикие джунгли, все сплеталось со всем, без меры и эстетики, что-то желтело и опадало, что-то подсыхало и загибалось. И хотя она старательно поливала их и каждую весну меняла старую землю на свежую, за которой охотилась в ближайшем парке, куда привозили торф или чернозем для кустов, это не помогало. Смотрелось все это разнотравье довольно-таки чахло. Лучше меньше, да лучше – этот принцип был не для нее. Она приращивала черенки, покупала новые горшки, хозяйство разрасталось, покрывалось пылью.

В клубе же, под приглядом Юры, растениям явно нравилось – листья сочные, ярко-зеленые, мясистые. Когда у него было свободное время, он садился на стул в углу и застывал, вперившись в какое-нибудь растение. Медитировал. В эти минуты на его лице появлялось благостно-просветленное, немного глуповатое, но очень трогательное, почти детское выражение, как будто он спал и ему снилось что-то очень приятное. Иногда он советовал Вадиму: «Отпустите лицо, расслабьте… Оно у вас слишком напряженное».

А ведь и вправду: скулы сведены, зубы сжаты, словно Вадим что-то в себе преодолевал.

Как-то Юра, отвлекшись от очередного своего воспитанника, подошел к краю бассейна, присел на корточки и, подождав, когда Вадим подплывет, добродушно сказал: «Вы расслабляйтесь в воде, а не старайтесь брать на силу. Туда быстро, а обратно спокойно, медленно, как будто не вы плывете, а вода сама вас несет. На спине полежите, покачайтесь тихонько, а то вы рвете так, будто на соревнованиях. Так не надо…»

Что ж, совет полезный. Вадим действительно забывал, что не нужно особенно напрягаться и что не за силой он сюда пришел, а за… Правда, зачем? Были же у него какие-то определенные причины потратиться на карточку в этот клуб, регулярно забегать сюда. И ведь не сразу, что интересно, вспомнил: ах да, здоровье! Вроде как за здоровьем он здесь, вот что. Так ведь для этого и впрямь не требуется «рвать», можно и поумеренней.