Энн Куин - Разрушая страхи

Вижу, как Томи приглашает Лотт на танец, Аша также уже танцует с незнакомцем, но я не хочу танцевать ни с кем, кроме Адана. Неожиданно чьи-то руки берут меня за талию, и только я поворачиваюсь, чтобы высказать незнакомцу, что не собираюсь с ним танцевать, как замираю, раскрыв рот.

Его широкая ладонь нежно берет мою голову, Адан наклоняется и целует меня.

Моя голова лежит у него на груди, его руки прижимают меня, и мы двигаемся под свой собственный ритм его бьющегося сердца. «Как же я люблю тебя!» — думаю я, вдыхая его аромат.

Когда песня заканчивается, он целует мою руку и направляется к нашему столику. Я быстро подбегаю к подругам.

— Мы уедем, вы сами доберетесь? — спрашиваю я.

— Конечно, — отвечает Лотта.

— Тогда я жду вас утром! — сияя, кричу я и выбираюсь из толпы.

Адан подходит к столику и только хочет было сесть, как чувствует нежные маленькие пальчики, пробирающиеся в его ладонь. Поднимает на меня непонимающие глаза. Я не говорю ни слова, беру его руку, и вот он идет за мной в направлении выхода. Выбравшись наружу и подойдя к дороге, Адан поднимает руку, чтобы вызвать такси, но я беру ее и опускаю вниз.

— Я думал, ты хочешь вернуться на виллу?

— Давай немного погуляем.

Он одобрительно улыбается, и мы, обнявшись, идем по ночному городу. С каждой стороны раздается своя громкая музыка, и вот мы идем по безлюдному причалу. Мы почти не разговариваем, но в обществе друг друга это молчание божественно. На этом острове я хочу запомнить лишь нас. Затем снова возвращаемся в огни цивилизации. Идем по хорошо освещенной улочке, и тут Адан тащит меня в темный, безлюдный переулок, я не сопротивляюсь.

Выпуклая каменная стена впирается мне в спину, но мое внимание отведено его поцелуям и рукам.

— Знаешь, о чем я подумала?

— О чем? — отрывает Адан от моей шеи свои губы.

— Что сегодня я не прочь побыть с тобой «ночным».

Он пристально смотрит мне в глаза, а затем произносит.

— Ты представить себе не можешь, как я хотел дотронуться до тебя после той ночи, — тихо сознается он, — но я так боялся увидеть в твоих глазах страх, пробужденный моим прикосновением.

— Трусишка, — шепчу я и трусь о его лицо щекой.

— Но мне до тебя еще далеко.

Мы, улыбаясь, смотрим друг на друга.

— Я хочу домой, — произношу я.

Мы сидим на заднем сидении машины, моя голова лежит на его груди, а его рука обнимает меня. Фары дальнего виденья освещают нам дорогу.

Как только мы заходим в дом и такси отъезжает, я набрасываюсь на него, словно изголодавшийся зверь, так как в мои планы сон сегодня не входит.

На улице еще темно, лишь несколько лучей пробираются из-за горизонта. Адан идет по пристани. «Я сделал все правильно! — внушает он себе. — Она заслуживает нормальную жизнь, которую я не в силах предложить».

Перед глазами всплывает спящая Миа. Ее ровное дыхание, светлые локоны на белоснежной подушке, остатки красной помады на губах. Наконец, взяв себя в руки, оставляю записку на своей подушке, беру чемодан, украдкой выхожу из комнаты и закрываю за собой дверь.

Забираюсь на судно, где меня уже встречает Пес. Увидев мое безжизненное лицо, он ничего не спрашивает, за что я ему благодарен, и мы отчаливаем.

Просыпаюсь с улыбкой от прекрасного сна, так как мне снился Адан. Поворачиваюсь к нему, но там пусто. Вскакивая, сажусь и рассматриваю комнату, но его нигде нет. Замечаю маленький листок бумаги у него на подушке и читаю: