Артур Хейли - Перегрузка

Уолли радостно приветствовал его:

— Привет, Ним! Как ты здесь оказался?

Ним рассказал о двухдневном брифинге для прессы, после чего спросил:

— А ты?

Уолли поднял взгляд на протянувшиеся над ним высоковольтные линии.

— Наш патрульный вертолет обнаружил на одной из опор разбитые изоляторы — наверное, какой-нибудь охотник выбрал их как мишень для развития глазомера. Мои ребята заменяют сейчас всю гирлянду. Между прочим, работают на линии под напряжением. Надеемся закончить к вечеру.

Пока они разговаривали, подошел какой-то мужчина лет под тридцать с копной ярко-рыжих волос и здоровым загаром. Уолли представил его — Фред Уилкинс, техник компании.

— Рад с вами познакомиться, мистер Голдман. Я много о вас слышал и часто видел по телевизору.

— Как ты можешь судить по его внешности, Фред живет здесь, — пояснил Уолли.

— Как вам лагерь? — поинтересовался Ним. — Не скучно?

Уилкинс решительно покачал головой.

— Кому угодно, только не мне, сэр, и не моей жене. Нашим детям тоже здесь нравится. — Он глубоко вдохнул. — А какой воздух! Ну что там городской, никакого сравнения. А сколько солнца, и рыбалка просто чудо.

Ним рассмеялся:

— Не мешало бы провести здесь отпуск.

— Папочка, — раздался детский голосок. — Папочка, почтальон пришел?

Все трое разом повернули головы: им навстречу бежал маленький мальчик. У него было симпатичное личико в веснушках и ярко-рыжие волосы, безошибочно подтверждавшие, кто был его отцом.

— Только почтальон компании, сынок, — ответил Фред Уилкинс. — Почта откроется через час. — И он объяснил остальным: — Денни волнуется, у него сегодня день рождения. Он ждет, что будут какие-нибудь посылки.

— Мне исполнилось восемь лет, — нисколько не смущаясь, проговорил мальчик. Для своего возраста он выглядел крепким и сильным. — Я уже получил подарки. Но могут быть еще.

— С днем рождения, Денни! — произнесли Ним и Уолли в унисон. Несколько минут спустя они расстались, и Ним продолжил свой путь к домику для гостей.

В темноте туннеля отводного канала журналист из «Окленд трибюн», стараясь перекричать оглушительный рев низвергавшейся массы воды, произнес:

— Если я переживу эти два дня, закажу себе на неделю спокойное местечко в отделе, публикующем извещения о смерти.

Несколько человек рядом с ним улыбнулись, но покачали головами, так как ничего не слышали из-за все заглушающего грохота водного потока да еще пробок из гигроскопической ваты в ушах. Материал для пробок, который лишь самую малость приглушал шум в туннеле, они получили от Терезы Ван Бэрен. Это случилось после того, как группа спустилась по крутой, вырубленной в скале лестнице туда, где двадцатью футами ниже вода из отводного канала электростанции «Дэвил-Гейт-1» низвергалась в реку Пайнридж.

Когда они скатывали пробки из ваты, готовясь спуститься в туннель, кто-то крикнул:

— Эй, Тесс! А почему ты ведешь нас через заднюю дверь?

— Это вход для работяг, — ответила она. — А с каких это пор такие, как вы, заслуживают большего? Кроме того, вы постоянно ноете, что для ваших репортажей вам нужен колорит. Так вот он.

— Это вы называете колоритом? Это там? — скептически спросил репортер из «Лос-Анджелес таймс», всматриваясь в темноту, в которой мелькало лишь несколько тусклых лампочек. Туннель был пробит почти кругообразно в цельной скале. Левая его стена оставалась не зачищенной с момента первичной выемки грунта. Лампочки находились под самым потолком. Между ними и водным потоком специально для посетителей был подвешен узкий мостик. С обеих сторон имелись веревочные поручни.

За завтраком Ним Голдман объяснял, что им предстоит увидеть:

— Гидроэлектростанцию, расположенную под землей и врезанную в гору. Позже мы поговорим о проектируемой гидроаккумулирующей электростанции в Дэвил-Гейте, которая тоже расположится под землей, причем совершенно незаметно для глаза.

Теперь он продолжал объяснение:

— Отводной канал, по которому мы идем, собственно говоря, и есть конечная стадия производства электроэнергии. Но здесь вам станет ясно, с какими силами нам приходится иметь дело. Вода, которую вы увидите, уже прошла через лопасти турбин, после того как ее энергия была потрачена на их вращение. А вытекает она в огромных количествах.

Мощное течение, вырывавшееся из-под скалы, можно было наблюдать, перегнувшись через защитные перила: бурный поток вливался в уже и без того стремительно текущую реку.