Кеннет Харви - Там, где свобода…

Я был мертв.

Они с Рут подождали. Затем перешли дорогу и пошли по тропинке, ведущей туда, куда следовала Рут.

Он знал дорогу. Он видел могилы родителей. Прошел мимо. Только голова невольно вздрогнула. Его сыновья были похоронены дальше. Ближе к концу кладбища. Ряды могил все прибавлялись. У него не было времени подойти к ним. Зря он приехал.

Он шел вслед за Рут. Поодаль бродил мужчина, сунув руки в карманы. За ним таскался маленький мальчик. Мальчик не понимал, что все это значит. Шел, волоча ноги. Где была мама этого мальчика?

Подойдя к ограде, Рут открыла калитку. Внутри были могилы младенцев. Внутри ограды. Старые грязные медвежата. Деревянные колыбели. Пластиковые цветы. Куклы. Обломки игрушек. Маленькие надгробные камни. Ограда из зеленой сетки в пояс высотой. Интересно, для чего это сделали. Установили ее вокруг всех этих мертвых детей. Чтобы спрятать эти маленькие смерти от других. Здесь горе было еще безутешнее.

Рут нагнулась и положила розу на могилу. Сняла очки, чтобы лучше видеть.

Он стоял, сцепив руки перед собой. В таком месте невозможно стоять нормально. Все эти горшки под ногами. Трудно пошевелиться, чтобы не наступить на какой-нибудь.

Рут читала молитву. Склонив голову и положив одну руку на камень. Фамилия ребенка. Фамилия Рут. Одна дата. Он смотрел на дату. Та самая. Больно было это осознать. Мозг произвел вычисления. Холодок пробежал по телу. Кожа покрылась мурашками. Боже! Он против воли отшатнулся. Мальчик это был или девочка?

Рут читала молитву. Или разговаривала с ребенком. Интересно, что он говорит. Сердце забилось быстрее. Глаза не хотели смотреть на могилу. С него хватит. Может быть, Рут спрашивала, как дела. Или говорила: «Как бы мне хотелось взять тебя на руки. Я хотела носить тебя на руках. Если бы я только могла увидеть твое лицо. Узнать, кем ты мог бы стать. Я тебя так люблю. Почему ты умер? Я тебя родила. Я родила тебя, чтобы ты умер. Прости меня за это. Прости. Я люблю тебя».

Он отвернулся. Шагнул к калитке. Оставаться внутри было невыносимо. Отворил калитку. Вышел. Перевел дух. Подождал, глядя на Рут. Она стояла, склонив голову и говоря с ребенком. С его ребенком? Закончив, она вышла, вытирая глаза. Столько лет прошло. Она закрыла за собой калитку.

Как и говорил адвокат, ему присудили компенсацию. Он был свободен и чист. Снова стоял на ногах. Его осудили невинно. В конце концов они это признали. Так решила комиссия. Виновные были обязаны ему заплатить. Понести ответственность, как выразилась комиссия. Адвокаты торопились все уладить. Чем скорее, тем лучше. Выборы на носу.

Госпожа Брофи настаивала, что люди, упрятавшие его в тюрьму, должны занять его место. Она была уверена, что это будет по справедливости. Она заводилась с полоборота. «Почему бы и нет?» — вопрошала она в камеру. Почему бы полицейским не отправиться в тюрьму? Или министру юстиции? Почему их не посадят за то, что они отняли у человека четырнадцать лет жизни? Нанесли ему травму, подвергнув унижению тюремного заключения. Они знают, что происходит с человеком в тюрьме? В таком месте. С человеком, который ни в чем не виноват. За которым нет преступлений, если не считать того, что он принадлежит к беднейшим слоям общества. Существует в секторе низких доходов. Это его единственное преступление. В этой стране неимущие до тех пор будут испытывать притеснения, пока власти предержащие и богачи не понесут ответственность. Люди с положением. С деньгами. Вот кому место в тюрьме. Госпожа Брофи тарахтела без остановки, едва переводя дух.

Адвокат держал деньги в руках. Он сел. Он нервничал. Без причины. Он чуть не плакал. Он будет чувствовать себя виноватым, если возьмет деньги. Не перед другими, а перед собой. Это будет означать, что от него откупились. Хуже всего. Руки дрожали. Жена была с ним. Была обязана. Чек был выписан и на ее имя. Она вырядилась во все новое. Новое пальто. Новые сапоги. Перманент. Она курила сигарету, пока адвокат объяснял. Сколько осталось после всех его расходов. Он истратил почти половину. Жене это пришлось не по вкусу. Она стала чаще затягиваться. Ее глаза забегали.

— Это почти половина, — заметила она и облизала губы.

— Вот список расходов. Судебные сборы. Явки в суд. Консультации. Телефонные звонки. — Адвокат протянул ей список через стол, слегка наклонясь, чтобы она могла его взять.

Жена взглянула на список. Облизнувшись, пробежала его глазами. Наткнулась на счет за телефонные переговоры. Произнесла вслух сумму, за которую можно было купить небольшой дом.