Кеннет Харви - Там, где свобода…

— Где тут его картины?

— Он умер? — спросила она с безумным выражением, наполнившим лицо болью. Она чуть не плакала. Ее немного повело набок.

Он фыркнул.

— Нет, он не умер.

— А зачем вы тогда пришли?

— Взглянуть на его картины.

— Они все проданы.

— Эй! — Гилберт, волоча ноги, торопился к ним с другого конца зала. Во весь дух. Прямо на них. Изо рта у него торчала сигарета. Дунув в нее, он вынимал ее и зажимал в пальцах, будто не понимал, что делает. — Пэтти.

Пэтти обернулась и посторонилась, чтобы Гилберт мог стать рядом. Она смотрела вниз, на деревянный пол.

— А я здесь курю.

Пэтти огляделась.

— Ничего.

Гилберт дунул в сигарету. Он дул и дул, но не вдыхал. Просто дымил.

Он взглянул на Пэтти, прятавшую глаза. Она шмыгнула носом. Сделала шаг назад. Она заставляла его нервничать. Он совсем ее не знал. Но она держалась так, будто он знал о ней все. Ему хотелось объяснить ей, что Рэнди ничего ему не рассказывал. О ней — ничего. Ни слова. Она была ему совершенно в новинку. Но это могло только навредить.

— Пошли. — Гилберт зашаркал к выходу. — Пока-пока. — У двери он кивнул двоим молодым рабочим, с виду напоминавшим живописцев-любителей.

— Он подождет на улице, — сказала Пэтти, взглянув на него темными глазами. Глазами, которые лезли внутрь. В него. В нее. Туда и сюда сразу. Чем глубже, тем лучше.

Он не понимал, что у нее на уме. Но он решил, что она может представлять опасность. Если не на людях, так за закрытой дверью точно. И уж конечно в постели. Тогда все выйдет наружу.

Взглянув в сторону двери, он увидел, как Гилберт выходит. Но в тот же миг он просунул голову обратно и издал вопль. И засмеялся. Наверное, раскатам своего голоса. Он снова завопил. Снова рассмеялся. И затем исчез.

Они должны обеспечивать его существование. Не так ли? Пособие. Имущество. Какая разница? Они ему должны. Все говорят, что они ему должны. Они у него в долгу. Выходя из учреждения, он разговаривал сам с собой. Почти вслух. Гилберт получал пособие. Он оставил его в квартире. Встал ни свет ни заря, чтобы улизнуть незаметно. Подними он шум, Гилберт бы проснулся. Звал бы его. Мигом прилип бы к нему. Стал бы допытываться, куда они сегодня идут.

Он дал показания. Они ходили с адвокатом давать показания. Его адвокат. Его личный телохранитель. Охрана. Следи за тем, что говоришь. Его показания вовсе не были показаниями. Он сказал, что ничего не видел. Совсем ничего. Был пьян в стельку. Он думал, что это, наверное, носорог, сказал он полицейским. В бар ворвался носорог. Он сказал так, зная, что это может дойти до Рэнди. Рэнди это понравится. Большой рог. Чем бы оно ни было, оно имело большой рог. Из полицейского участка он пошел в службу соцобеспечения. Прелесть, вот что он думал. Моя жизнь просто прелесть. Ну и слово — прелесть. Коррекция.

Он не хотел уходить из квартиры Рэнди. Работы для него не было. К жене он не хотел возвращаться. В тот дом. Чей это был дом? Кто его жена? Он по-прежнему не знал. Он видеть ее не мог. Жить к Рут он тоже не пойдет. Жить за ее счет не станет. Он не станет торчать у Рут без денег. Он не станет просить денег у адвоката. Он пойдет в мэрию и наймется рыть канавы для города, если на то пошло. Как раньше. Водопровод, канализация. Здоровая работа на свежем воздухе. Хорошие деньги. Но когда он пришел туда, ему отказали. Слишком стар. Или слишком опасен. Кто их разберет. В конторе сидели новые люди. Но все они его знали.

— Вы здесь раньше работали, — сказала женщина за столом. Молодая. Она указала на него ручкой. Затем постучала ею по столу. Как будто почитала за редкую удачу увидеть его. — Да, я слышала.

Социалка.

Прохожие обгоняли его, торопясь на обед в этот солнечный городской полдень. Он зашел в бар через три дома по Уолтер-стрит. Все дела на сегодня закончены. Его список посещений: полиция, социальная служба.

Ничего дурного в том, чтобы выпить пива на ланч. Других посетителей в баре не было. Чертовски хотелось пить. Как необычно выглядит бар при дневном свете. Сильный свет не позволяет забыться. Он выпил пиво. Бутылка была холодной. Дел больше не было. Разве это плохо? Просто замечательно. Свободный человек. Никаких обязательств. Скоро он будет регулярно получать пособие. Чек, выписанный на его имя. Станут доставлять по адресу Рэнди. Потекут денежки. Вот как просто. Обналичить чек в банке. Положить деньги в карман.

Он оглянулся. За окном ярко светило солнце. На улице. Разве жизнь не чертовски хороша? Он заказал еще пива. Выпил. Бармен ничего ему не сказал. Бармен читал газету, расстелив ее за стойкой. Не обращал внимания.