Григорий Терещенко - Гранит

Григоренко направляется на строительство завода вторичного дробления.

В центре просторного корпуса, едва не касаясь подкрановых балок, поднимаются две конусные дробилки. «Закончим строительство и сразу же займемся комплексной автоматизацией, — прикидывает Сергей Сергеевич. А там и до лазерного луча дойдем. Тогда дело двинется значительно быстрее...»

Над головой послышалось предостерегающее: дзинь, дзинь, дзинь!

Григоренко отскочил в сторону и посмотрел вверх. Кран шел на холостом ходу. Из кабины выглядывала Светлана. Да-а, напугала крановщица директора комбината. Григоренко погрозил ей пальцем. Светлана улыбнулась. Как ни странно, но от этого на душе Григоренко сразу стало веселее.

«А еще говорят, что директор строгий. — Сергей Сергеевич снова мельком взглянул вверх. Лицо крановщицы приняло серьезный и, как показалось ему, даже озабоченный вид. — Правильно начинает жить девушка. Не на танцы вечерами бегала, а на курсы крановщиц. И добилась своего. Непонятно только, почему Комашко не хотел переводить ее на кран. Вон как быстро освоилась. А там, вероятно, пойдет учиться заочно в техникум или институт...»

Григоренко опять перевел взгляд на конусные дробилки. «Ну и махины, — с восхищением подумал он. — Половину корпуса занимают. Возле них кажешься таким маленьким...»

Здесь уже хлопочут рабочие камнедробильного завода. Драч направил сюда и своих. Значит, смекнул: как ни оттягивай, а эту работу выполнять все равно им придется.

Григоренко и не заметил, как подошел Боровик.

— Сергей Сергеевич, снова у нас неприятность!

— Что случилось?

— Вышла из строя резальная машина. Нужно немедленно командировать Файбисовича в Свердловск.

Григоренко пристально посмотрел на Боровика. Его удивила последняя фраза Михаила Петровича.

— Это зачем?!

— Просить запасные части для резальных и шлифовальных машин.

— Так ведь неделю назад мы получили запчасти. Два контейнера.

— Получить-то получили, но не для этих машин. А у одной — на валу трещина появилась. Завтра и другая может остановиться.

— Как трещина, я только что оттуда?!

— Да так. Вы только ушли...

Григоренко заторопился к телефону.

— Лев Давидович, в чем дело? Почему остановлена резальная машина?

— Нет запасного вала. Да вы лучше с Гамзой поговорите. Он давал мне спецификацию. Гамза рядом, передаю ему трубку.

— В чем дело? — сердито спросил Григоренко.

— Инженер по эксплуатации ошибся, Сергей Сергеевич. Не те запчасти заказал.

— Заявку вы подписывали?

— Поверил... и подписал.

— Я отстраняю вас от должности!..

— Как это отстраняете? — удивился Гамза. — На каком основании?

— Слишком долго я тянул с вами. Вы лишь должность занимали. Сами не работали и другим мешали...

— Я буду жаловаться!.. Я...

Григоренко положил трубку.

«Опять план провалился! Ну кто бы мог подумать о такой небрежности, нерадивости. Не те запчасти, видите ли, заказали! Как же теперь в Москву докладывать?»

Григоренко только вчера получил письмо от Шера. Небольшой листок, написанный собственноручно начальником главка: «Вы должны наконец понять: министерству необходима плита. Мы ждем ее от Вас!..»

Григоренко задумался: «Что же делать? Что предпринять?.. Да, остается одно — срочно, как советует Боровик, командировать Файбисовича в Свердловск. Пусть вылетает самолетом...»

Лисяк никогда еще не видел Сабита таким разгневанным. Глаза его широко раскрыты, злые — просто страшные. Скажи что не так — бросится драться. Конечно, Ростислав может дать сдачи... Но их двое, а он один, да и...

— Где Светлана? — спросил Сабит.

— А я откуда знаю, — огрызнулся Ростислав.

— Не знаешь?..

У Сабита были Все основания разгневаться. В конце смены к нему подошла взволнованная женщина и накричала на него так, будто бы он, а не кто другой был во всем виноват. «Найдете вы на своего дружка управу или нет?! — возмущенно выкрикивала женщина. — Ишь какой, поиграл с девушкой и бросил!.. Уехала она... Куда — никому не сказала. В больницу, наверно... Потому и на работу не вышла...»

— Ну что вы, хлопцы, в самом деле. Не бросал я Светлану, — начал оправдываться Лисяк. — Вовсе не обманывал. С чего вы взяли?!

— Тогда бери отгул и поезжай за ней! — поддержал Сабита Тришкин.

— Нету у меня отгулов. И — конец месяца сейчас... Кто меня отпустит?

— Бери бумага. Пиши заявление. С прорабом мы мало-мало договоримся.

Ростислав нехотя оторвал кусок ватмана, долго разрезал его, потом разыскал авторучку.