Дробь

Хотя к чему все эти размышления о Боге и предназначении человека. Ведь вселенная образовалась в результате взрыва. В результате взрыва одного из нейронов в мозгу Господа, а он этого даже и не заметил. Всего лишь один из миллиардов нейронов, прогорел и скоро потухнет и мы вместе с ним. Миллиарды вселенных в Его сознании, а мы лишь одна из форм жизни на одной из планет, расположенных в одной из планетных систем одного из галактических рукавов одной из галактик, составляющих одно из сверхскоплений в одной из бесчисленных вселенных. Какое ему до нас дело? Такое же, как нам до каждой конкретной нервной клетки нашего мозга.

Единственным верным способом справиться со сложившимся безразличием Господа к моей столь важной и центровой персоне я посчитал попытку уничтожить как можно больше вселенных (читай: нейронов) в моем собственном головном мозге, путем возвращения к излюбленному в моей семье, во всем моем окружении, да и во всей стране культу этилового спирта.

Не буду вдаваться в излишние подробности, отмечу лишь то, что перед тем, как отправится домой, я приобрел в ближайшем супермаркете две бутылки водки, что немаловажно – приобрел я их по социальной цене. И это неспроста, ведь наше государство заботится о своем народе и делает все, чтобы деклассированные и малообеспеченные слои населения тоже имели возможность реализовать свое право на деградацию и алкогольную зависимость. Для каждого гражданина, выходцем из какого бы сословия он ни был, найдется своя ценовая категория и потребности каждого будут учтены. Демократия.

Я просыпаюсь посреди ночи, от пота, вертолетов и жуткой тошноты. Я поднимаюсь и иду на кухню. И вот я стою на кухне, кипячу воду в кастрюле, ибо чайник сломался. Стою перед засранной плитой, покрытой слоем гари и копоти. Стою на засранном полу, пыль, песок и сахар впивается мне в пятки, облупленные стены квартиры вокруг. Наливаю в грязную кружку воду, завариваю самый дешевый чай в пакетиках без ярлычка, понимаю, что в кармане почти нет денег, как и каких–либо перспектив, и из днища этого почти никак и никогда не выбраться, и так будет всегда. Всю жизнь от чекпоинта к чекпоинту, на съемных хатах, общежитиях, полупритонах, заводах, среди пост–совковых антуражей с облупленной краской стен и известкой желтой на потолке. От понедельника к субботе, ждать вечеров выходных и влачить свое жалкое тельце сквозь ебаную рутину. Одолевает тоска и жгучее нежелание жить. Надо пораньше умереть, чтобы совсем не окунуться в гнилую мякотку всей этой обрыдлой бытовухи. Посмотреть на большинство представителей поколения за 40. И охуеть. Однушки–двушки, срачи, алкоголизм и семейные неурядицы, скука, однообразие и беспросветный мрак ебаной обывательщины. Как говаривал Мисима, после 40 лет человек теряет возможность умереть красиво. И если сейчас вся эта тоска нищеброда и бесперспективного провинциала выглядит хоть чуточку романтичной, то лет 10–15 спустя все это будет выглядеть абсурдно и ничтожно жалко.

Я прихлебываю чай уже в своей комнате и мотаю страницы интернета.

Все проебано, no hope, no future, no second chance.

Вот я сижу, забившись в угол, абсолютно отстраненный, «замацанный на хуйне» и строю вавилонскую башенку из мыслишек, словно сам ФРАНЦ КАФКА: " как люди сумели изобрести понятие «веселье»; вполне возможно, что они его вычислили лишь теоретически — в противовес печали».

Чеховский «Человек в футляре» тут вбирает в глотку мой маленький болтик. Я «Человек в скафандре», человек в охуительно модном общениеустойчивом скафандре с эмоциоизоляцией. Хуй вы ко мне подберетесь, как говаривал Рой Стрэнг «Я ЧТО ТО ЧУВСТВУЮ, ДА, Я ЧУВСТВУЮ, НО ВЫ, СУКИ, ИДИТЕ НА ХУЙ И НЕ ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ, ВАМ НИКОГДА МЕНЯ НЕ ДОСТАТЬ».

«Требуются энергичные, КОММУНИКАБЕЛЬНЫЕ и ОБЩИТЕЛЬНЫЕ люди для работы в ДРУЖНОМ коллективе» — ну да, охуеть теперь, сударь, а не присесть ли вам нахуй.

Отец лжи — Большой Красный Дракон — научил меня лгать. Хотя нет. Я ложь, а он мой отец. Мой папа — Вельзевул, а я большая лужа рвоты. Все когда–нибудь всматривались в рвоту — кусочки пищи и всякие ошметки, сдобренные соусом из желудочного сока и слюной. Если всмотреться в меня — кусочки личности и ошметки мыслей в соусе из чужих идей. Годами отточенное мастерство строить защитные механизмы, зашивать свои ДУШЕВНЫЕ ЦАРАПИНКИ и скулить по углам как ебаная ПСИНА — я любой свой недостаток умею возвести в ранг ЭЛИТАРНОСТИ, заставить себя думать, что все ОКИ, уверять себя в собственной полноценности, хотя на деле оставляю на рабочем столе себе послания в txt формате: «неясно: зачем ты живешь, для кого, ради чего? Ты слишком червь, чтобы быть человеком, но только потому, что ты червь, ты слишком скользок и выскальзываешь из всех петель, свитых тобой же. Продолжай дальше ткать свою паутину защиты и увязнешь в ней же, насекомое, единственная вещь, которая у тебя выходит превосходно – это убеждать себя, что все в порядке, когда на самом деле ты летишь в пропасть».