Дробь

Даже сейчас, пронзая своим телом брухлю человеческих масс, движущихся мне навстречу, я злился и обвинял всех и каждого в чем–либо, порой даже не осознанно, я бы даже сказал инстинктивно. Социальная агрессия и раздражительность превратились в условный рефлекс, в котором единственным условием является наличие людей вокруг, хотя даже и оно не необходимо, достаточно просто подумать о людях, чтобы испытать в себе взрыв сверхновой.

Иногда я испытываю жгучее желание порвать со всем цивилизованным миром и очертя голову рвануть в какой–нибудь тибетский монастырь, прийти туда и сказать «Я живу во зле и ненависти, я устал так жить, я устал злиться на всех, устал гневаться, я истощен и ослаблен, но я не могу по–другому, не умею, заберите меня и научите жить». Может приютят, может научат жить правильно, может в компании молчаливых, спокойных монахов я и сам проникнусь этим безмерным блаженством и похуизмом и перестану взрываться от каждого самого малейшего соприкосновения с окружающим меня миром. Я не хочу больше ненавидеть мир.

А ведь как ни странно, складывается впечатление о том, что в молодежных кругах быть социопатом, интровертом и циничным мизантропом, полным пессимизма, отчаяния и горести — очень модно. Внезапно модно стало читать Сартра и Джойса, цитировать Ницше, слушать призефиренный блэк–метал с нотками пост–рока, накладывать мрачные фильтры на фотографии, постить статусы изобилующие тоской и упадничеством, всюду кричать о своем одиночестве и отчуждении, любить фильмы об одиночках и эскапистах. В общем, стало модно все то, на чем я выстраивал свою никчемную линию жизни, можно сказать, закладывал фундамент своего защитного канала, уплотнял свои рубежи. Во все те старательно возведенные воздушные замки, в которых я находил убежище, набежали модные мальчишки и девчонки, пестрящие со страниц интернета своим показным цинизмом и плюшевой социофобией. Не то, чтобы они покусились на элитарность моего эскапизма. Хотя нет, они покусились. Это все какое–то дешевое позерство. Эскапистом и ноулайфером не может быть человек с несколькими тысячами подписчиков в твиттере. И не может судить об экзистенциализме пользователь, выкладывающий еженедельно фотоотчеты со вписок и тотальных пьянок с кучей красивых и стильных мальчонок и девчат. Тревожные колокола и куранты трезвонят и бьют бластбиты.

Вся эта потерянность, отсутствие коммуникативных навыков, замкнутость, отстраненность, легкий аутизм, перманентная раздражительность, тревожность и агрессивность. Глупо, что это становится модным. Очень глупо. Это отвратительно. Ужасно так жить. Быть затворником и социопатом — не здорово. Люди вокруг. Они повсюду. Везде. Снуют. Ходят. Гуляют. Прохаживаются. Они преследуют всюду. Спереди, сзади, справа, слева. На улицах, в магазинах, на работе, на учебе, в очередях. Ты никогда не сможешь остаться наедине сам с собой. Даже в своей собственной квартире. Всегда есть страх, есть вероятность, что к тебе решит зайти сосед, наведается жилищно–коммунальная службы, родственники, знакомые, приставы, почтальон, ошибутся квартирой, попросят отвертку, соль, придут из роскомстата с опросом. Ты никогда не будешь один. Социум никогда не отпустит тебя. Вокруг всегда будут сновать тебеподобные, разговаривать, спорить, дискутировать, отвратительно шутить, отвратительно смеяться, делать неуместные комментарии друг другу и тебе в том числе, заглядывать в твою книгу, в твой телефон, в твой монитор, в твою газету, задавать глупые вопросы, вынюхивать что–то, следить. Ощущение постоянного контроля, наблюдения, надзора, тотальной несвободы. Паранойя. Желание убежать, скрыться, включить громкую музыку в наушниках, уткнуться носом в книгу, выключить свет, замкнуться, закрыться, запереться на крючок, шпингалет, засов, замок, навесной, кодовый, забить все окна и двери. Не видеть, не слышать, не разговаривать. Постоянное ощущение прутьев тесной клетки, впивающихся прямо в конечности. Моя замкнутость — мой вольер, я как те несчастные лисы, что бродят из стороны в сторону, мечутся от угла к углу в своих клетках в зоопарке. Я заперт, но я постоянно на виду. Это никчемно и отвратительно: жить в социуме и быть замкнутым. Буллёзный эпидермолиз. На тебе словно нет кожи и каждое прикосновение, каждый взгляд, каждый контакт с окружающей средой болезненен, неприятен, нежелателен. Постоянное избегание, постоянный уход. Подозрения. Люди на улицах смотрят на тебя недоброжелательно, они видят каждый изъян на твоем теле, каждую черную точку на твоем лице, они знают, чем ты занимаешься, они видят, что у тебя в глазах, твои намерения и грязные мыслишки у всех на виду. Быть может кто–то из них даже умеет читать внутренности твоей глупой головы. В магазинах ты вор, даже если ничего не украл. Все биперы сработают, когда ты будешь выходит с пустыми карманами, просто потому что ты боишься. Продавцы не верят тебе, кондукторы пересчитывают мелочь, не доверяя. Слышишь — смеются. Надо тобой. Никак иначе. Все люди смеются над тобой, пока ты не видишь, за твоей спиной, скрывшись из вида, обсуждают на задних сидениях маршруток твой внешний вид, нелепые одежды, неряшливость, грязные волосы, глупое выражение лица, неуклюжую мимику, неповоротливые жесты, движения. Затем они придут домой и расскажут своим семьям о том, какого нелепого человека они сегодня видели. Охранники точат зуб на тебя. Все. Без исключений. В автобусах кругом воры–карманники, прижми телефон покрепче. Не доверяй никому, избегай взгляда в глаза, это агрессия, на тебя хотят напасть. Ходи проверенными маршрутами, иначе нарвешься на конфликт. Все дворовые собаки мечтают перегрызть тебе глотку. Носи перцовый баллон. Тебе никогда не хватит смелости воспользоваться им, но ты будешь чуточку увереннее себя чувствовать. Ты обязательно упадешь на вон той неровной дороге, обойди ее в ущерб своему времени. Если ты студент или школьник, знай — тебя постоянно хотят отчислить. Без вариантов. В деканате строят козни, ты совсем скоро вылетишь к чертям, держишься на ниточке. Если ты работаешь, знай — вот–вот тебя уволят, в тебе нет необходимости, и работодатель держит тебя лишь до поры до времени, скоро ты потеряешь все. Сотрудники смеются у тебя за спиной. Кругом намеки на твое увольнение. Кругом намеки на твою никчемность. Сама жизнь, ехидно посмеиваясь, подмигивает тебе своими пустыми глазницами. Постоянно. Всегда. 24*7.