- Ах, какая хорошенькая! - проговорила сама себе Сашенька. - Вот бы мне подружка!
И долго-долго смотрела она стыдливо сквозь приотворенное окно на Порфирия, который также разгорелся, устремив на нее взоры, и думал: "Ах, какой славный мальчик! вот бы нам вместе играть!"
"Я поклонюсь ей", - подумала Сашенька, но вошла няня, и, как будто боясь открыть ей свою находку подружки, захлопнула окно.
На дворе стало смеркаться, а няня сидит себе да вяжет чулок.
Так и вечер прошел. Легли спать; а Савденьке не спится, ждет не дождется утра.
Настало утро. Надо умыться, богу помолиться, идти к дедушке поздороваться, пить с ним чай, слушать его рассказы, а на душе тоска смертная.
- Не хочется, дедушка, чаю.
- Куда же ты? Сиди.
Ах, горе какое! - Сашенька с места, а дедушка опять:
- Куда ж ты?
- Сейчас приду, дедушка.
Сашенька наверх, в свою комнату, а там няня вяжет чулок.
Так и прошло время до обеда; а тут обед. А дедушка кушает медленно, а после обеда, покуда заснет - сиди, не ходи.
Господи! Что это за мука!
Но вот дедушка уснул. Няня вышла посидеть со старым Борисом за ворота. Сашенька одна; приотворила тихонько окно, тихонько запела: "Подруженька, голубушка", но никто не отзовется, в соседском доме окно закрыто.
Ах, какое горе!
Прошел еще день. Сидит грустная Сашенька подле няни, призадумавшись. Вдруг послышался напев ее песни, сердце так и екнуло.
- Ну, уж хорошо как-то там курныкает, нечего сказать! - проговорила няня.
- Нянюшка, пить хочется.
- Ну что ж, испей, сударыня.
- Мне не хочется квасу, мне хочется воды.
- Э-эх, ведь вниз идти надо!
- Пожалуйста!
- Ну, ну, ладно.
Няня вышла - а Сашенька к окну. Приотворила - глядь, ей поклонились.
- Здравствуйте! - сказал Порфирий.
- Здравствуйте! - произнесла и Сашенька.
Они посмотрели друг на друга умильно и не знали, что еще сказать друг другу.
- Приходите к нам, - сказал наконец Порфирий.
- Нет, вы приходите к нам; меня не пускают из дому, - отвечала тихо Сашенька.
- Экие какие!
Этим разговор и кончился; послышались шаги няни, Сашенька захлопнула окно.
На следующий день Порфирий целое утро курныкал песенку под окном. Сашенька все слышала, с болью сжималось у ней сердце от нетерпения, покуда дрожащая рука ее не.отворила снова окна с боязнью.
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
- Послушайте... выходите в садик!
- В садик? Ну, хорошо.
- Поскорей.
- Ну, хорошо.
Порфирий притворил окно. Сашенька также и побежала в садик.
- Здравствуйте, сударыня-барышня, - сказал ей Борис, беседовавший с няней на крыльце.
- Здравствуй, Борис, - отвечала ему Сашенька.
- Куда вы, барышня? - спросила ее няня.
- В садик.
- Посмотрите-ка, сударыня-барышня, какую я вам дерновую скамеечку сделал под липой-то, извольте-ка посмотреть.
И Борис потащился следом за Сашенькой.
Ах, какая досада!
- Вот, видите ли, барышня... Извольте-ка присесть.
- Спасибо тебе.
- Кому ж и угождать мне, как не вам, барышня: вы у нас такое нещечко... Дай вам господи доброго здравия да женишка хорошенького.
- Ах, полно, Борис, - проговорила Сашенька, покраснев, - ступай себе.
- Ничего, сударыня-барышня, что тут стыднова...
В соседском садике послышалось курныканье Порфирия.
"Ах, какой этот несносный Борис", - подумала Сашенька.
- Ничего, сударыня-барышня... да и красавицы-то такой не сыщем... и дедушка-то не нарадуется на вас... Скупенек немножко, бог с ним. Вас бы не так надо было водить... в золоте бы водить, барышня, да не все дома держать... чтоб женишки...
- Ступай, Борис, оставь меня.
- Экие вы какие! Я ведь к слову сказал... Вот, сударыня-барышня, попросите-ка у дедушки на сапоги мне... Извольте посмотреть, совсем развалились.
- Хорошо, хорошо, я попрошу.
- Извольте посмотреть: пальцы вылезли.
- Хорошо, хорошо, ступай.
- Да, вот оно: у солдата купил, три рубля заплатил... солдатские-то, говорят, крепче...
Сашенька от нетерпения и досады вскочила с дерновой скамьи и пошла прочь от Бориса.
- Что ж вы, барышня, не изволите сидеть? Дерн-то какой славный.
И Борис начал поглаживать скамью и обирать с дерна желтую и завядшую травку.
Между тем Сашенька прошла подле забора.
- Здравствуйте, - раздалось в скважинку за кустами малины.
- Здравствуйте, - тихо проговорила и Сашенька, остановясь и оглядываясь, не смотрит ли на нее Борис.
- Как я вас люблю, - сказал Порфирий.
- Ах, как и я вас люблю... Если бы мы были всегда вместе!
- Барышня, а барышня, где вы, сударыня? Чай кушать зовут, - крикнул Борис.
Читать дальше