Мазохизм? И какой!
Не думайте о пишущих за границей, что они покинули территорию одной шестой! Вранье! Они лишь стали невидимками.
В том то и штука, что от России не избавиться, не перестать быть с нею, не перестать, если пишешь, слагать вертикально или горизонтально строчки о ней. Счастливую любовь можно забыть, но не - несчастную.
Но если все же говорить о двух литературах, то когда-то их и вправду было две. Та, которая откровенно прислуживала, или пыталась замаскироваться под лояльную, усидеть на двух стульях (под занавес эпохи некоторое количество posterieurs все же сместилось на второй стул - почти в оппозицию); другая же литература не сидела на двух стульях, а либо просто сидела, либо думала как бы не сесть.
История эта кажется многим старой, но людям свойственно заблуждаются. Россия это страна, в которой ничто не забыто. Глядя на некоторых переделкинских старожилов, на то, как они ловко наловчились и в новые времена новые кормушки отыскивать, выдавая на гора всё тот же скучный бред, что и раньше, убеждаешься: прошлое в России прочно держит копирайт на настоящее...
Приятно однако вспомнить, что отечественная литература жила в замечательных заповедниках, в розовых гетто, в домах этого самого творчества и питалась не просто смородиновым киселем, а биточками по-пушкински... Скорее всего это и делало ее литературой, эти групповые поселения и групповое поедание котлеток по-грибоедовски. Все, что делается в этой стране коллективно, коллективным же сознанием не отторгается... Мандельштам в "Четвертой Прозе" на столетие вперед заглядывал.
Напоследок скажу, что все же литература - выдумка литературоведов. Нужно же им хоть с чем-то работать. На самом деле существуют (придётся выговорить!) писатели: плохие и хорошие, скучные и гениальные, ясновидящие и шаманящие.. Рабы собственного опыта и мастера фантазии. И география у них одна - язык.
И в этой географии они могут уехать далеко-далеко, а могут так и сидеть там, где первое слово пузырем на губах лопнуло. Литература свершается в одиночку, в противном случае это - групповщина.
И застарелое желание перманентно выяснять кто с нами, а кто против нас, перманентно вести бухгалтерию своих и чужих, близких и далеких, желательно оставить околоточным в отставке да капитанам футбольных команд.
У литературы нет общего дела. Этим она и хороша. Те, кто говорят противоположное мошенники; их имена сияют плесенью на наших скрижалях. Литература не должна никуда звать, она не ярмарочный зазывала. Литература не должна никого учить. Даже безграмотных.