Кен Фоллетт - Галки

Открыв дверь с надписью «Допросная», Флик вошла внутрь, закрыла за собой дверь и осветила комнату фонариком.

Она увидела дешевый сосновый стол с пепельницами, несколько стульев и стальной стол. В комнате никого не было.

Это ее удивило. Обнаружив в этом коридоре камеры для заключенных, она осмотрела их, освещая помещения фонариком через глазки. Камеры оказались пусты — заключенные, которых гестапо захватило в последние восемь дней, включая Жильберту, были куда-то переведены… или убиты. Но Руби все-таки должна быть где-то здесь.

И тут она увидела слева дверь, ведущую, вероятно, во внутреннее помещение.

Она выключила фонарь, открыла дверь, шагнула внутрь, закрыла дверь и включила фонарь.

И сразу увидела Руби, которая лежала на столе, напоминающем операционный стол в больнице. Специальные ремни фиксировали ее руки и ноги, а также не давали возможности двигать головой. Провод от какого-то электрического аппарата проходил у нее между ног и уходил под юбку. Сразу догадавшись, что делали с Руби, Флик ахнула от ужаса.

Она подошла к столу.

— Руби, ты меня слышишь?

Руби застонала. Сердце Флик учащенно забилось — она все еще жива.

— Сейчас я тебя освобожу, — сказала Флик и положила на стол свой «стэн».

Руби попыталась заговорить, но ее слова были больше похожи на стон. Флик быстро отстегнула ремни.

— Флик! — наконец сказала Руби.

— Что?

— Сзади.

Флик отпрыгнула в сторону. Что-то тяжелое задело ее ухо и ударило в левое плечо. Она вскрикнула от боли, выронила фонарь и упала. Ударившись об пол, она откатилась в сторону как можно дальше от первоначальной позиции, с тем чтобы нападавший не мог поразить ее снова.

Вид Руби так ее шокировал, что она не осмотрела с фонарем всю комнату. В тени кто-то прятался, дожидаясь подходящего случая, и не спеша подкрался сзади.

Ее левая рука моментально онемела. Правой рукой она пошарила по полу в поисках фонарика. Но прежде чем она успела его найти, раздался громкий щелчок, и свет снова зажегся.

Заморгав, она увидела двоих — плотного, коренастого мужчину с круглой головой и коротко стриженными волосами, за которым стояла Руби. В темноте она подобрала что-то похожее на стальной прут и держала его над головой. Когда загорелся свет, Руби увидела мужчину, повернулась и со всей силы обрушила стальной прут ему на голову. Это был страшный удар, мужчина мешком свалился на пол и замер в неподвижности.

Флик встала. Рука быстро восстанавливала чувствительность. Флик подобрала «стэн».

Руби стояла на коленях возле распростертого тела мужчины.

— Познакомься с сержантом Беккером, — сказала она.

— С тобой все в порядке? — спросила Флик.

— Меня мучает страшная боль, но я собираюсь отплатить этому гребаному мерзавцу. — Схватив Беккера за форменный китель, Руби подняла его на ноги, затем с усилием затолкнула на операционный стол.

— Он приходит в себя! — сказала Флик. — Я его прикончу.

— Дай мне десять секунд. — Руби распрямила руки и ноги сержанта и пристегнула ремни, затем закрепила фиксатором голову. После этого она взяла с аппарата цилиндрическую клемму и засунула сержанту в рот. Тот стал давиться и кашлять, но не мог пошевелить головой. Руби подобрала рулон изоляционной ленты, оторвала зубами полоску и закрепила цилиндр так, чтобы он не выпал изо рта. После этого она подошла к аппарату и щелкнула выключателем.

Раздалось низкое гудение. Человек на столе издал сдавленный стон. Его связанное тело забилось в конвульсиях.

— Идем, — немного посмотрев на него, сказала Руби.

И они вышли из комнаты, оставив сержанта Беккера корчиться от боли и визжать как свинья на бойне.

Флик посмотрела на часы. С тех пор как Джелли подожгла запалы, прошло две минуты.

Пройдя через допросную, они вышли в коридор. Все успокоилось. Возле входа стояли всего трое военных и спокойно разговаривали. Флик быстро пошла к ним, Руби не отставала.

Инстинкт подсказывал Флик, что нужно с уверенным видом просто пройти мимо военных, но тут в проеме двери она увидела высокую фигуру Дитера Франка, а за ним еще двух или трех человек, которых она не могла хорошо разглядеть. Флик резко остановилась, Руби наткнулась на нее сзади. Флик повернула к ближайшей двери, на которой было написано «Радиорубка». Она открыла дверь. В комнате было пусто. Они вошли внутрь.

Флик оставила дверь чуть-чуть приоткрытой и теперь слышала, как майор Франк возмущенно говорит по-немецки: