Кен Фоллетт - Галки

Воспоминание о лагерях в Германии навело Дитера на одну мысль. Наклонившись вперед, он сказал водителю:

— Гестапо обычно отправляет заключенных в Германию поездом?

— Да, господин майор.

— Это правда, что их сажают в вагоны, которые обычно используют для перевозки скота?

— Ну да, господин майор, в вагоны для перевозки скота. Это как раз подходящее место для подобной мерзости — коммунистов, евреев и прочих.

— И где их сажают?

— Прямо здесь, в Реймсе. Здесь останавливается поезд из Парижа.

— И как часто ходят эти поезда?

— Обычно каждый день. Поезд выходит из Парижа после обеда и останавливается здесь около восьми вечера — если не опоздает, конечно.

Прежде чем он успел развить свою идею, Дитер увидел выходящего со станции Мишеля. В десяти метрах в толпе за ним шел Ганс Гессе. Вот они поравнялись с Дитером.

Водитель Дитера завел двигатель.

Дитер повернулся на сиденье, чтобы наблюдать за Гансом и Мишелем.

Они миновали машину Дитера, но затем, к его удивлению, Мишель внезапно повернул в переулок, проходивший вдоль «Кафе де ла гар».

Ускорив шаг, Ганс минутой позже завернул за тот же самый угол.

Дитер нахмурился. Неужели Мишель пытается оторваться от слежки?

Из переулка вновь появился Ганс, беспокойно озираясь по сторонам. На улице было немного народа — лишь несколько человек двигались к вокзалу и от него да направлялись домой последние из работавших в центре города. Ганс беззвучно выругался и вернулся в переулок.

Дитер громко застонал — Ганс потерял Мишеля из виду.

Это был самый жестокий провал, который испытал Дитер со времен битвы при Алам-эль-Хальфе, когда неверные разведданные привели Роммеля к поражению. Это был поворотный пункт всей войны в Северной Африке, и Дитер молился о том, чтобы нынешний провал не стал поворотным пунктом войны в Европе.

Но пока он печально смотрел на вход в переулок, из кафе вдруг появился Мишель.

У Дитера сразу поднялось настроение. Мишель оторвался от Ганса, но не сообразил, что за ним может быть еще один «хвост». Еще не все было потеряно.

Мишель перешел дорогу и бросился бежать, возвращаясь тем же путем, каким сюда пришел, — то есть направляясь к машине Дитера.

Если он будет следовать за Мишелем, быстро размышлял Дитер, ему тоже придется бежать, и тогда станет очевидно, что он его выслеживает. Впрочем, все это ни к чему — Мишеля пора брать.

Мишель мчался по тротуару, расталкивая перед собой прохожих. Из-за недавнего ранения он бежал неуклюже, но довольно быстро, неуклонно приближаясь к машине Дитера.

В этот момент Дитер принял решение.

И открыл дверцу.

Когда Мишель подбежал поближе, Дитер вышел из машины, сузив доступное пространство тем, что держал дверцу открытой. Когда Мишель попытался обогнуть препятствие, Дитер поставил ему подножку. Зацепившись за ногу Дитера, Мишель полетел вперед. Его крупное тело с размаху ударилось о мощеный тротуар.

Дитер достал пистолет и снял его с предохранителя.

Потрясенный Мишель секунду лежал неподвижно, затем, пошатываясь, попытался подняться на ноги.

Дулом пистолета Дитер коснулся его виска.

— Не вставать! — по-французски сказал он.

Водитель достал из багажника наручники, надел их на Мишеля и затолкнул его в заднюю часть машины.

В этот момент появился смущенный Ганс.

— Что случилось?

— Он вошел в заднюю дверь «Кафе де ла гар» и вышел из передней, — пояснил Дитер.

Ганс успокоился.

— И что теперь?

— Теперь пойдешь со мной на станцию. — Дитер повернулся к водителю. — У вас есть пистолет?

— Так точно, господин майор.

— Не сводите глаз с этого человека. Если он попытается бежать, стреляйте по ногам.

— Так точно, господин майор.

Дитер и Ганс быстро направились к вокзалу. Остановив там какого-то железнодорожника, Дитер заявил:

— Я хочу немедленно увидеть начальника станции.

Тот мрачно посмотрел на него, но сказал:

— Я провожу вас в его кабинет.

Начальник станции носил элегантную форму — черный пиджак и жилет с полосатыми брюками, потертые на локтях и коленях. В кабинете также висел его котелок. Визит влиятельного немца испугал чиновника.

— Чем могу служить? — с нервной улыбкой спросил он.

— Вы ожидаете сегодня вечером из Парижа поезд с заключенными?

— Да, в восемь часов, как обычно.

— Когда он придет, задержите его здесь до тех пор, пока не получите от меня указания. Я хочу посадить туда одного заключенного.

— Хорошо. Вот только если бы я имел письменное предписание…