Евгений Савицкий - Полвека с небом

Комполка выслушал меня с плохо скрытым неодобрением. Он и сам почему-то предпочитал «аэрокобры», а потому в затею мою не верил. Более того, как выяснилось из его вопросов, считал ее вредной. Опасался подорвать в глазах подчиненных реноме начальства.

— А ваша должность? А звание? — преодолевая неловкость, попытался он меня отговорить. — Что потом летчики говорить станут?

— Как это — что? — сделал я вид, будто не понимаю его намеков. — Будут говорить, что Як-1 — машина первоклассная. И не только говорить — думать так станут.

— Так-то оно так… — продолжал мяться подполковник Сопрыкин.

Но я оборвал его:

— Именно так! И никак иначе… Подобрали противника?

Через несколько минут ко мне подошел очень молодой, но уже с седыми висками летчик. Смотрит прямо в глаза, взгляд уверенный, твердый, настроен, по всему чувствуется, решительно. Расспросил я его, как водится, кое о чем, вижу: и впрямь крепкий боец — крепкий и опытный. Недаром, не глядя на бьющую в глаза молодость, виски седые.

— Надеюсь, в поддавки играть не собираетесь, капитан?

— Капитан Силин, товарищ полковник! — сделал вид, будто я запамятовал его фамилию, мой противник. С достоинством держался, ничего не скажешь! — В воздухе никакой игры не признаю. Особенно в поддавки.

— Верю, — спокойно согласился я. И добавил, чтобы еще больше раззадорить противника: — Но, пожалуйста, не забудьте о том, что только что сказали. Если забудете, не взыщите, посажу под арест!

— У меня память крепкая, товарищ полковник.

Ну чем не дуэль, усмехнулся про себя. И перчатка брошена, и вызов принят… А Силин действительно молодец: злится, но держит себя в руках на все сто. Сразу видно: независимый, сильный характер…

Бой я выиграл. Не стану пересказывать, как все происходило. Приведу лучше слова командующего армией Красовского, присутствовавшего тогда среди других летчиков на аэродроме. Вот что он писал позже в своих воспоминаниях:

«Чтобы восстановить престиж отечественного самолета, Савицкий решил провести показательный учебный бой… Схватка состоялась на глазах многих летчиков. Савицкий — мастер высшего пилотажа — убедил всех, что, „як“ — отличный самолет. Весь бой он провел на вертикалях…

Командир дивизии «прижал» своего «противника» к земле и закончил воздушный «бой» победой. Затем полковник собрал летчиков и произвел разбор «боя».

— Можно ли успешно вести воздушный бой на Як-1?

И сам же ответил:

— Можно не только воевать, но и побеждать врага. Для этого требуется лишь смелость и мастерство.

Мне никогда не приходилось слышать более убедительной беседы командира со своими подчиненными, чем эта ».

Добавлю одно: и Силин, и другие летчики не просто поверили в машину Яковлева, но и полюбили ее за превосходные качества, которые она проявляла в бою. Былой престиж «аэрокобр» в глазах летчиков изрядно потускнел. Хотя машина, надо сказать, была неплохая и воевать на них — хочешь не хочешь — приходилось. В то время был дорог каждый боевой самолет. А такие асы, как Силин, наглядно доказывали, что успешно драться с врагом можно было и на американских истребителях. Были бы, как выразился Степан Акимович Красовский, смелость и мастерство…

Мужества, впрочем, нашим летчикам было не занимать. Вполне хватало большинству из них и мастерства. Однажды, к примеру, четверка наших истребителей вступила в бой с двадцатью четырьмя «мессершмиттами». Даже не верится теперь, но факт остается фактом. Немцы, потеряв в бою пять машин, так и ушли к себе на аэродром, что называется, несолоно хлебавши: четверка «яков» вышла из сражения без потерь. Ведущим ее был капитан А. И. Новиков.

Александр Иванович Новиков умел если не все, то почти все, что необходимо летчику для победы над противником в воздухе. Летчик и боец он, прямо надо сказать, самого высокого класса. Казалось, никакая неожиданность, никакой самый нестандартный оборот дела в бою не могли его сбить с толку. Он умел в считанные мгновения найти нужный выход, принять единственно верное решение в сложной ситуации. Помню нашу с ним штурмовку вражеского аэродрома в Щиграх…

Обычно мы прикрывали штурмовики непосредственно во время их боевой работы. Метод этот являлся общепринятым и широко распространенным. Но имелся в нем один существенный, на мой взгляд, изъян. Истребители при подобной тактике утрачивали свои преимущества — скорость и маневренность. А это нередко вело к неоправданным потерям.

И вот задумал я один вариант. А что, если связать боем немецкие истребители заранее, не допустить их к месту штурмовки, дав тем самым нашим «илам» возможность свободно и без помех делать свое дело? Доложил я о своей идее командарму Красовскому.