Владимир Дудченко - Канал

— Иван Сергеевич, закажу еще, не проблема, — сказал Озеров. Он вспомнил те же слова "табачок врозь", сказанные резиденту Иванову по поводу контактов с соседями, подумал о стереотипе мышления, и пригубил стакан с виски. — Хотелось бы продолжить тему дружбы между конторами. Как вы на это смотрите?

— Если честно, то отрицательно, — ответил Феоктистов. Он кинул в рот несколько ломтиков моркови, пожевал и добавил:

— Вы же прекрасно знаете, Валерий Геннадьевич, что нас за это по головке не гладят. Скорее наоборот — гнобят за такие контакты. Полагаю, я не открыл вам Америку. Или вы попытаетесь меня разубедить? Ну-ну… Только закажите еще скотч, может, получится.

— Попытаюсь, — сказал Озеров и подозвал бармена. — Двойной виски!

Феоктистов закурил и бросил взгляд в дальний угол, где негромко галдели и яростно жестикулировали египетские юноши. Судя по отдельным, доносившимся оттуда словам, они обсуждали недавний футбольный матч с командой Алжира. Зазвучала музыка, и голос Ум Кульсум немного приглушил разговор египтян. Так-то оно лучше, подумал Феоктистов, если я слышал их, то они, возможно, могли слышать наш разговор. Впрочем, не факт, мы, вроде, негромко говорили… Он повернулся к Озерову и с улыбкой спросил:

— Не ваши парни?

— Обижаете, Иван Сергеевич! Так грубо мы не работаем. У нас с вами конфиденциальная встреча.

— Шучу, — осклабился Феоктистов. — Не принимайте всерьез, Валерий Геннадьевич. Ну, может, выпьем? Чтобы вам легче было меня вербануть…

— Избави Бог! — сказал Озеров. — Как вам такое в голову пришло? Я хотел предложить вам только взаимовыгодное сотрудничество. Впрочем, действительно — давайте выпьем!

Они выпили.

— Как понимать — взаимовыгодное? — спросил Феоктистов, шелуша в тарелочке арахис. — Мне-то, какая выгода? И вообще что нужно от меня вашей конторе?

Иван Сергеевич Феоктистов лукавил. Конечно, он понимал, что Озеров не собирается его вербовать, это было бы просто смешно и нелепо, к тому же он, 35-летний майор ПГУ, слишком дорожил своей «крышей» в ССОДе, чтобы рисковать, плотно контактируя с соседями. Больше года в Египте и не на канале, где можно лишиться жизни (цинковые гробы в Союз не часто, но отправляют), а в Каире со всеми прелестями столичной, по меркам Арабского Востока, жизни. К тому же — залет по пьянке, едва не выслали, спасла удачно и вовремя проведенная вербовка «кадра» из местных офицеров. Поверили, что это была, так сказать, производственная необходимость. Но, на карандаш резидента все-таки попал… Этот Озеров не прост, подумал Феоктистов, интересно, что нужно сейчас военной разведке? В любом случае надо поторговаться…

— Так, чем моя скромная персона интересна вашей конторе, Валерий Геннадьевич?

— Более чем, Иван Сергеевич, — уклончиво ответил Озеров. — Давайте, для начала договоримся о конфиденциальности нашей встречи и мысленно заключим, как говорят дипломаты, договор о намерениях. Согласны?

— Не возражаю.

— В таком случае я приоткрою карты, — сказал Озеров. — Меня интересует один из родственников президента Насера, его связи и контакты…

— Мирван Хасан?

— Он самый, — ответил Озеров, немного удивившись тому, как быстро Феоктистов назвал имя интересующего резидентуру человека. — Зять…

Впрочем, ничего удивительного, подумал он, соседи безо всякого сомнения были в курсе утечки информации о тайных переговорах Насера с советским руководством. История эта наделала тогда много шума в соответствующих кругах…

— А с чего вы взяли, что я работаю по этой теме? — спросил Феоктистов с деланно безразличным видом.

— Иван Сергеевич, давайте не будем играть в кошки-мышки, — сказал Озеров. — Постоянная утечка информации из египетского генштаба напрямую связана с зятем президента. Это касается, в том числе, и данных, относящихся к дислокации советских частей ПВО на территории Египта. И если у вас есть зацепки в ГШ, это может помочь общему делу…

Феоктистов закурил. Потом взял стакан с виски. Бросил взгляд на бармена, вытиравшего бокалы, затем — в противоположный угол на местных ребят, продолжавших о чем-то спорить. Выпил виски, запил глотком «Стеллы», глубоко затянулся сигаретой и сказал:

— Дело, конечно, общее… И помочь, вроде, надо… Но я, Валерий Геннадьевич, как вы понимаете, очень рискую… Дойдет до Кирпича — кранты, вышлют в Союз, и не просто на родину, а в территориальную управу на далекой, забытой Богом окраине… Нет, не могу…

Валерий Озеров смотрел на Феоктистова, оперативника соседской конторы, и прекрасно понимал его состояние. Да, очень трудно, подумал он, перейти эту невидимую черту, разделяющую две спецслужбы. С одной стороны, вроде, нарушение ведомственной инструкции, святая святых ПГУ, а с другой — нет… Кто, и как на все это смотрит. А как бы я поступил в подобной ситуации? Не найдя ответа, он сказал: