Ежи Путрамент - Сентябрь

Нет, в этом виноват не Маркевич! Да и что в такой ситуации может предпринять мужчина? Стать возле окна и насвистывать какую-нибудь песенку, может быть приевшуюся всем «Военку»? Глядеть на березовые рощицы, выделяющиеся на фоне скучной сосновой зелени, на мокрые почерневшие халупы, изредка, может раз в полчаса, проплывающие за окнами вагона, на озимые, пробивающиеся из-под снега на песчаных холмах? Нет, о Смолевичах лучше не думать.

Полгода пролетели с быстротой молнии. Подпоручик Маркевич значительно легче, чем он ожидал, перенес всю неразбериху формирования резервной дивизии в Подлясье, не менее грязном, чем Воложин. Он научился выкрикивать команду, рапортовать начальникам о готовности своего взвода к различным более или менее важным занятиям: несению караула, чистке картофеля, осмотру портянок. Научился избегать старшину роты, трепетать перед поручиком Войтилой по прозванию Канарейка [12] Так называли солдат и офицеров полевой жандармерии. и незаметно дремать на занятиях по полевому уставу, к счастью не очень частых.

За это время он значительно расширил свой кругозор. Это также далось ему без особых усилий. Ведь кто же, как не он, в свое время проводил в Красном всякого рода празднества: день леса, день матери, день кооператива, неделю солдата, торжественные заседания девятнадцатого марта [13] День рождения Пилсудского. , третьего мая [14] День принятия сеймом конституции (1791 г.). , одиннадцатого ноября [15] 11 ноября 1918 г. Пилсудский, вернувшись из Магдебурга, принял власть в Варшаве. ? Кто, как не он, провозглашал здравицу в честь президента Мосцицкого, маршала Рыдз-Смиглого? Наконец, кто, как не он, вместе с представителями гмины обходил дома, собирая пожертвования в Фонд национальной обороны, противовоздушной обороны и тому подобное? Вот как формировались основы его мировоззрения: «сильные», «сплоченные», «готовые к бою…», «ни одной пуговицы с мундира врагу не отдадим…». Но только в армии Маркевич убедился, сколь важны эти основы. Их железобетонную заурядность и грубоватость скрашивали хотя и пышные, но столь же приевшиеся истины. Маркевич узнал о том, как всесилен пулемет, а слушая лекции начальства и болтовню подчиненных о превосходстве польской кавалерии, еще раз вспомнил свои беседы о героических битвах поляков под Кирхгольмом [16] 27 сентября 1605 г. польские войска под командованием гетмана Ходкевича разбили у Кирхгольма шведские войска. , Хотином [17] В 1621 г. под Хотином произошла битва поляков с турками. , у ворот Вены [18] 12 сентября 1683 г. польские войска под командой короля Яна Собеского в битве под Веной разгромили турецкую армию. , под Сомосьеррой [19] Сомосьерра — перевал в горах Сьерра-де-Гвадаррама в Испании, на пути из Бургоса в Мадрид. В ноябре 1808 г. небольшой отряд польских кавалеристов, атаковав испанцев, открыл дорогу Наполеону на Мадрид. . По мнению начальника штаба майора Нетачко, этого полкового Клаузевица, соединение двух элементов — огня и подвижности, — иди, проще говоря, вооруженные станковыми пулеметами эскадроны, вообще представляют собой силу почти сверхъестественную.

Разве не возникали у него сомнения? Конечно! Разве не слышал он о танках и самолетах? Разумеется! Знал, например, что танки у нас тоже есть, но применение их на польских дорогах весьма затруднительно. А самолеты? Ну, всему миру известно, что именно Жвирко и Вигура на польском «эрвэдэ» превзошли всех немецких летчиков.

И Маркевич удивлялся немцам: неужто они снова затосковали по синякам и шишкам? Несколько раз его охватывало странное чувство: вот-вот все должно успокоиться. И значит, ему снова в школу? Маркевич не знал, чего ему и желать…

В августе дивизию перебросили под Варшаву. Подготовка к этой сложной операции продолжалась довольно долго. Раз пять меняли дату и направление марша. Обоз двинулся по шоссе, а пехота топала по проселочным дорогам. Почему не воспользовались железной дорогой? Во-первых, это дорого, а во-вторых, пехота должна закаляться. Поездом отправили только штаб.

Варшаву Маркевич увидел впервые в жизни. Школа, правда, устраивала экскурсии, но откуда ему тогда было взять несколько десятков злотых? Столица произвела самое отрадное впечатление: чистые, широкие улицы, Висла, могучие мосты, под которыми она в эту августовскую жару казалась совсем узкой, огромные дома с нарядными фронтонами выглядели очень красиво. На площади Наполеона Маркевич простоял, наверное, минут пятнадцать, стоял и, разинув рот, глядел на многоэтажное здание. Ну и движение! Ну и женщины!