Иван Днестрянский - Раненый город

А Лучик… При содействии прокурора я устраивался в милицию, после того как меня чуть не «оттерли» обычным порядком. Не понравился участковому инспектору, который оказался затаившимся обиженным на свою плохую карьеру мулем. Уяснив мою нескрываемую ненависть к националистам, он всячески пытался помешать моему устройству на работу, хамил, протестовал в отделе кадров и уже оттуда пытался выставить меня за дверь. Потому и пришлось пойти в прокуратуру. Лучик тогда показался мне нормальным человеком… Возможно, его дезинформировали и он не все знал. Уж очень не хотел прокурор лезть в политику и готов был, как было принято в советское время, выполнить любую команду сверху…

В то же время всегда спокойный и, казалось бы, стремящийся избегать сложных решений начальник тираспольского ГОВД Богданов повел себя гораздо достойнее. К Богданову я, наоборот, относился с предубеждением, особенно после заметок в газетах о том, как он чуть ли не преследует активистов республики. Ну и ну! Ни о ком нельзя судить с первого взгляда!

Про путч гвардейских офицеров, о котором меня просил узнать Али-Паша, в ГОВД ходят только непроверенные слухи. Слышали звон, да не знают, где он. Можно судить лишь о том, что какие-то действия были и участие в них принимали дубоссарцы. Но чем кончилось и каковы последствия? Приходится опасаться, что не лучше, чем для Костенко. Нехорошо… Не двинуть ли из Приднестровья, где начались такие вещи, ноги? Пока отбивались от «снегуранцы», [58] «Снегуранца» — так славянское население Молдавии называло службу безопасности независимой Молдовы, а в широком смысле этого слова и все силовые ведомства РМ. Слово происходит от названия румынской секретной службы «Сигуранца», действовавшей в оккупированной Молдавии в 1918–1940 и 1941–1944 гг., и от фамилии первого президента Молдовы М. Снегура. за спиной выросла «усмирнянца»… [59] «Усмирнянца» — начавшее было ходить среди защитников Приднестровья прозвище МГБ ПМР, возглавляемого В. Шевцовым (по аналогии со «Снегуранцей»). Нет! Не сейчас! Бросив все, я отсюда не побегу!

Продолжая думать об этом, краем уха вслушиваюсь в то, что до нас доводят в порядке инструктажа. Поначалу будет нас всего около тридцати человек. В основном оперы, следователи, работники дежурной части и ИВС. Работники других служб пока не нужны. Такие отделы, как экспертно-криминалистический, сразу организовать невозможно, он появится позднее. Патрульно-постовую службу набирать вообще нельзя, так как соглашением с Молдовой предусмотрены очень ограниченные штаты. Эту функцию будут выполнять миротворцы. Для защиты нашего небольшого контингента направляется взвод спецназа, но не полноценный, а густо пересеянный не успевшими поучаствовать в боевых действиях ребятами. Он будет действовать в качестве нашей охраны. Мало… А идейка-то какая милая! Не простое разведение сторон, а все вместе, в одной куче. Кто раньше друг в друга стрелял, мило друг другу улыбнулись и, держась за ручки, как в детском садике, начали вместе наводить порядок! Молдаване что, глупее нас, чтобы полностью заменить свой обстрелянный состав лохами? Да среди их «вновь прибывшей» полиции будут почти все принимавшие участие в боевых действиях! Одна надежда — на миротворцев, но ведь очевидный факт, что, если возобновится заваруха, они поначалу будут защищать только себя.

Следом, как обухом по голове, главное заявление: никакого автоматического оружия ни у нас, ни у так называемого спецназа не будет. Только пистолеты, а иное договоренностями запрещено. Но их же у половины наших людей нет! Спрашивают: не выделят ли пистолеты дополнительно, вооружат всех хотя бы ими? Ничего подобного! У кого есть табельные «макары», пусть берет, а у кого нет — извиняйте, дать не можем! Посреди поднявшегося ропота повышенным голосом следуют начальственный пассаж, что не надо-де преувеличивать опасность, и примирительное заявление о том, что вот же, решили, оставят нам двойную зарплату! Успокоили, слов нет! Сдерживая злость, спрашиваю, что это за идиотизм и понимают ли господа полковники, что нельзя отправлять в Бендеры безоружных людей, когда неясно, чем наведение совместного порядка кончится. Могут ли нам хотя бы сказать, сколько будет сил полиции с противной стороны и чем они будут вооружены.

Этого товарищи полковники не могут.

— Ну и как нам быть? Хоть АКСУ тем, у кого нет пистолетов, дайте!

Нет, категорически нельзя! Сладков тут вмешивается и просит у исполняющего обязанности начальника ГОВД Павлова один АКСУ хотя бы для меня. И это нельзя, эти вопросы-де улажены на самом верху и он, Павлов, ничего не решает!