Григорий Солонец - Форпост

Неведомая сила привела Сергея к тикающим в гостиной часам, и он, немного поколебавшись, снял их со стены. «Если завтра Абдул и высмеет его, то ничего страшного не случится. А вот беды точно не избежать, если его опасение подтвердится», — так рассудив, Сергей, как говорится, на всякий пожарный случай, вынес из дома рукотворное чудо японских мастеров. Последние точно обиделись бы, увидев свой шедевр в самом углу двора, в небольшом колодце, вместе со старой хозяйственной утварью.

Через час уже заснувший Сверкович услышал взрыв. Спросонья не сообразил: во сне он прогремел или в действительности? И тут же как ужаленный вскочил с постели. Он оказался прав! Подарок был действительно сюрпризом, причем начиненным тротилом.

Абдул долго не мог поверить в случившееся. Впервые смертельная опасность подстерегала его не где-нибудь, а в родном доме. Трудно даже представить, чем бы все закончилось, если бы не «шурави» Адам. После той ночи этот чужой парень стал Абдулу намного ближе, почти братом.

Бибихаво не ждала гостей, но, увидев дядю и Адама, обрадовалась им. Еще больший восторг выразил Суфи. И не только потому, что получил вкусные сладости: наконец-то он вдоволь наиграется в нарды и ощутит себя настоящим всадником на широких мужских плечах.

Как всегда нашлась работа по хозяйству для Адама, за которую он охотно взялся. Порадовал в этом году хозяйку небывалым урожаем виноград: так что изюма будет достаточно. Теперь надо воздать должное плодовитым кустам, обильно полить, удобрить и укрыть от зимних холодов разросшиеся корни. В Боровой, сколько его родители ни возились с этим теплолюбивым растением, столько солнечных ягод да таких вкусных никогда не собирали. Климат все-таки другой.

Сергей привез для Биби, как он иногда ее называл, красивые ювелирные украшения. Она смущенно поблагодарила: было видно, что подарок ей понравился.

Уезжать Сергею не хотелось, хотя и понимал, что остаться у Биби насовсем не мог. Она и так по строгим мусульманским законам сделала для него, советского солдата, максимум возможного и даже больше: на свой страх и риск, не побоявшись людского осуждения, из чувства сострадания впустила в свой дом, обогрела, накормила. И этим спасла его. Кто он ей теперь? Человек, работающий у дяди, а по сути никто. А вот она для него, пожалуй, значила больше. Сергей чувствовал, что эта молодая афганка ему не чужая. Да и не могла она уже таковой быть, после того как в предсмертный час открыла перед ним дверь. Было в Биби что-то неуловимо симпатичное, то, чем она ему нравилась. Да, она заботливая мать и настоящая хозяйка, не чурающаяся никакой, даже самой грязной и тяжелой работы. У нее приятный голос и такая же очаровательная улыбка, которую он и видел-то украдкой пару раз, когда она в доме без паранджи играла с сыном. Но было что-то еще, скрытое от глаз, удивительно притягательное. Вот это загадочное, до конца не понятое в ее характере он и пытался для себя выяснить.

Новый, 1410 год по исламскому календарю Сергей встречал в доме Абдула. У мусульман он начинается с хиджры — дня, когда пророк Мухаммед переселился из Мекки в Медину. Это событие положило начало распространению ислама в мире. Сергей не без удивления узнал, что день нового года не считается у афганцев каким-то особенным. И отмечают они его также в семейном кругу, но намного скромнее. Без наряженной елки, которая в Афганистане не растет, и без привычного для нас Деда Мороза со Снегурочкой.

— А кто такой Дед Мороз и зачем он вообще нужен? — допытывался у Сергея младший сын Абдула. Мальчишке в диковинку было слышать о таком персонаже, которого однажды, наверное, в пятом классе неплохо сыграл Сергей на детском утреннике.

«Это же надо, он оказался в средневековье, в 1410 году. Интересно, какой тогда царь на Руси правил? А еще говорят, не существует машины времени».

По григорианскому же календарю наступил 1989 год, выдавшийся в здешних местах на редкость снежным и морозным. Но не только этим запомнился он Сергею. До Курултая молва донесла новость, которую многие здесь восприняли с радостью: советские войска еще летом ушли из Рухи, оставив Панджшерскую долину, за которую несколько лет велись ожесточенные бои, покинули другие провинции Афганистана и скоро уйдут окончательно. Значит, войне конец? Неужели Аллах услышал молитвы и ниспослал с небес на многострадальную землю их древних предков долгожданный мир и покой?

В начале февраля Абдул с Сергеем вновь возвращались с товаром из Кабула. Еще на выезде из города поняли, что время для поездки выбрали крайне неудачное, но уже ничего нельзя было изменить. Поэтому безропотно стояли в многокилометровой «пробке», образовавшейся из-за того, что, судя по всему, сразу несколько тыловых частей в сопровождении БМП уходили домой, на Термез. Через стекло «Тойоты» Сверкович отчетливо видел суровые, небритые лица ребят, своих ровесников, слегка возбужденных от самой мысли, что уже завтра вечером, если все сложится благополучно, они пересекут государственную границу, зримую черту между жизнью и смертью, войной и миром, чужбиной и Родиной.