Иосиф Гуммер - Это было в Калаче

Валя взяла испачканную в саже Аленку и пошла через сожженный город на Дар-Гору, к тетушке, маминой сестре.

Сколько прошло дней — Валя не помнила. В уцелевшем домике с небольшим садиком она осталась наедине со своим горем. Тетя пыталась говорить с племянницей, утешить ее, но потом поняла, что лучше оставить девушку в покое…

Пришла в себя Валя, когда однажды на улице затрещали выстрелы. Она выбежала со двора. Привалившись к забору, стоял раненый красноармеец в залитой кровью, выгоревшей гимнастерке.

— Воды, — попросил он.

Валя принесла кружку холодной воды. Он залпом ее выпил, вытер пот с лица, внимательно посмотрел на девушку.

— Остаешься? Не боишься?

К вечеру пришли фашисты. Тетушка с двумя своими детьми и с Валей переселились в сарай. В доме расположились гитлеровские солдаты.

В городе день и ночь не умолкали выстрелы. Фашисты со страхом посматривали в сторону Волги, ожидая, видимо, приказа идти к центру города.

Неизвестность мучила, и Валя решила выйти на улицу. Здесь было пустынно. Она свернула за угол и неожиданно наткнулась на двух ребят. Они сидели на бревне, внимательно прислушиваясь к доносившимся из центра города выстрелам. Заметив Валю, ребята приняли безразличный вид и о чем-то заговорили. Девушка решила подойти к ним.

— Ты откуда? — спросил один из мальчишек, с бледным лицом и ярким нездоровым румянцем.

— Что-то мы тебя здесь раньше не видели, — заметил второй и, прихрамывая, подошел к Вале.

Девушка рассказала свою историю. Ребята оказались ее ровесниками, жителями Дар-Горы. Обоих не взяли в армию. У Кости Беликова туберкулез, а Витя Вербенко с детства хромал. Уйти тоже не удалось. И остались ребята здесь.

— Так и сидите на бревнах? — спросила Валя.

— Сидим.

— А нашим нельзя ничем помочь?

Ребята переглянулись.

— Помочь-то, наверно, можно, да вот не знаем как, — заметил Костя.

— Мы тут придумали одно дело, — вскользь добавил Виктор.

— Ты вот что, — решительно проговорил Костя. — Будешь с нами.

— А что делать?

— Вот, — Костя выхватил из кармана наган. Другой наган оказался в руках у Виктора.

— Да много ли сделаешь наганом? — удивилась Валя.

— Много. Мы уже с десяток гадов убили. Заманим в развалины — раз! — и готово. Будешь нам помогать?

Вечером следующего дня Валя опять вышла на улицу. Выглядела она довольно нарядно. Не спеша прогуливалась девушка возле дома.

Вдали показался фашистский офицер. Увидев девушку, он подтянулся и направился к ней. Валя свернула за угол, миновала еще пару уцелевших домиков и посмотрела вокруг. Улицы были пустынны. Она зашла в развалины. Офицер пошел за ней. Не успел он шагнуть в пролом, как раздался выстрел, и все было кончено. Костя спрятал наган. Друзья пересекли развалины и вышли на другую улицу. Здесь ребята снова спрятались, а Валя стала прогуливаться возле домов.

Охота шла удачно. У ребят на счету было уже несколько убитых гитлеровцев. Никто не думал искать убитых, никто не обращал внимания на выстрелы. Стреляли в те дни беспрерывно, а убитых фашисты не считали.

Удача зачастую притупляет осторожность. Так случилось и с Костей. Он перестал прятать наган в развалинах, всюду носил его с собой.

В один из вечеров, когда приближался комендантский час и обычно пустынные улицы становились совсем мертвыми, Костя решил пойти к Виктору. Не успел он свернуть за угол, как услышал за спиной:

— Хальт!

«Попался», — обожгла мысль. Но виду не подал, спокойно ждал приближения патруля.

— Документы, — потребовал офицер. — Почему так поздно на улице?

Костя с готовностью вытащил справки о болезни. Офицер повертел их в руках, отдал назад.

— Почему поздно на улице? — повторил он.

— Иду к тете, вот тут рядом. Она обещала дать лекарство, — объяснил Костя. — Не верите? Пойдемте со мной, увидите. Вот тут, рядом.

— Тихо. Не так много! — прервал офицер. — Дома надо сидеть.

— Хорошо, пойду домой, — согласился Костя.

Он неуверенно посмотрел на фашистов, повернул назад и медленно, чувствуя на своей спине внимательные взгляды, стараясь быть спокойным и не ускорять шаг, пошел по улице. Кажется, обошлось! Еще немного до угла, а там — дом.

— Хальт! — снова услышал Костя. Этот окрик прозвучал резче, злее, чем первый. Костя остановился, боясь повернуться. Он услышал приближающиеся шаги. Крепкие руки повернули его лицом к патрулю, солдат начал ощупывать карманы. И сразу же нашел наган.

— Партизан? — спросил офицер, увидев наган.