Георги Лозев - Я, Легионер

Мы пробежали один километр. После такой реакции бригадира ни Семеняк, ни Жан уже не пробовали шутить. Мы продолжали идти в тишине и в убийственном темпе англичанина. К 2.00 утра Хант решил, что нашел место встречи. Довольный собой, он взял радио и попытался связаться с Кормье:

— Девять Чарли к Браво, я на позиции Дельта.

— Браво к Девять Чарли. Странно, я вас не вижу, потому что я тоже на позиции Дельта, — был ответ сержанта.

Хант с удивлением, держа компас, посмотрел при свете фонарика на карту. Через минуту мы услышали залп проклятий на французском и английском языках и увидели, что наш командир необычайно зол. Когда его слова стали более внятными и он смог сформулировать фразу, мы поняли, что шли вблизи высоковольтных проводов и компас не всегда указывал на север, а отклонялся.

— Браво к Девять Чарли позиция! — услышали мы голос продолжавшего разыскивать нас Кормье.

— Девять Чарли Браво, fucking, я заблудился, но иду!

— Чарли Браво к Девять, вас понял.

Мы представляли себе, как смеется сержант Кормье, который всегда подтрунивал над старшим бригадиром, что тому пора поумнеть. Хант отлично справился утром и был впереди остальных на четыре часа, но провода высокого напряжения подвели его.

— Старший бригадир! — услышали мы крики Жана, выходящего из кустов, которые использовались как туалет. — В двадцати метрах от нас проходит большая междугородная дорога. Я слышал шум двигателя и видел огни автомобиля.

Хант еще раз посмотрел на карту и, видимо, понял, что мы слишком удалились от места встречи. Через минуту он принял решение.

— Nous allons faire the fucking war avec chef Ponse! Пойдем по дороге, осторожно, чтобы шеф не нашел нас. Это наш последний, fucking, шанс попасть туда вовремя.

Старший бригадир передал мне рацию PP11 и закричал:

— Ты выйдешь на дорогу и посмотришь, есть ли там кто-нибудь. Твой код Ромео на третьей частоте. Go!

Не нужно было ждать, чтобы Хант приказывал мне дважды, и я направился в указанном направлении. Менее чем за две минуты я пробрался через густой подлесок и заметил дорогу. Я начал осматривать окрестности, убедившись, что хорошо спрятался в кустах, если командир вздумает появиться на джипе.

— Девять Ромео к Чарли, дорога чиста на расстоянии одного километра, никаких следов врага.

— Девять Чарли к Ромео, вас понял. Продолжать идти на север по дороге, мы будем следовать!

Я шел по дороге, и каждые пять минут сообщал старшему бригадиру, что все чисто и можно продолжать путь. Было три часа утра, и автомобилей было не много, но когда я слышал шум двигателя, то быстро бросался в кусты, думая, что это может быть командир Понс. Так я прошел километр-полтора, и каждые пять минут связывался с Хантом по радио, чтобы сообщить, что путь свободен:

— Здесь Ромео к Девять Чарли, RAS.

— Девять Чарли к Ромео, продолжай! — был, как всегда, ответ старшего бригадира.

Я только что отправил очередное сообщение, когда заметил метрах в десяти от себя на обочине припаркованный джип командира Понса. Я застыл на месте, ломая голову, заметил или услышал он меня. Я остолбенел, но, к счастью, я не был освещен луной и скрылся за стволом большого дерева. Так я стоял минуты две и думал, что в любой момент командир выйдет из P4 и заставит меня вместе со всей группой идти 20 штрафных километров. Я знал — группа во главе с Хантом приближалась к нему, и я должен связаться с ними, но я не хотел, чтобы Понс услышал меня. “The silence it’s a heavy stone” [17] «Молчание это тяжелый камень» — (англ. прим. перев.) — звучала в моей голове песня группы Manowar, и это молчание действительно беспокоило меня. Я напряг слух и услышал легкий шум. Я прислушался более внимательно, затаив дыхание, и понял, что шум, идущий от джипа командира, был храпом Понса. Я схватил радио и решил рискнуть:

— Здесь Ромео к Девять Чарли. Autorité Papa прямо передо мной, но спит глубоким сном.

— Девять Чарли Ромео, reçu. Продолжай, fucking, осторожно еще километр, а затем ждать, fucking, группу.

Вся группа прокралась мимо спящего командира, который предполагал, что все уже прибыли на место встречи, и решил отдохнуть. Мы избегли наказания, но было 4.30 утра, а нам предстояло пройти еще километров десять до точки Дельта. Мы прошли большую часть марша с невероятной скоростью, а ребята с разобранным пулеметом несли свое оружие посменно. В тот момент я был доволен своими полыми противотанковыми ракетами, которые были намного легче, чем любая часть пулемета. Даже Хант перестал призывать нас торопиться и к половине шестого значительно сбавил темп. Через час мы уже не шли, а тащились, так как снова вошли в лес. Лишь около семи часов, когда начало появляться солнце, мы увидели вдали лагерь наших товарищей, которые сладко спали, и только караульный шагал вокруг них. Хант остановился на уютной лужайке примерно в 50 метрах от спящих и крикнул: