Сергей Зонин - Верность океану

В первый в 1942 году боевой поход линкор вышел 5 января с наступлением темноты. В охранении только «Бойкий», хотя нужно бы иметь еще один эсминец. Но корабли эскадры действовали с предельным напряжением. Они конвоировали транспорты и сами перевозили войска в Феодосию и Севастополь, обстреливали позиции немцев на Керченском полуострове и близ Севастополя, привлекались к высадке тактических десантов на побережье Крыма. В полночь 6 января, как и было решено командующим эскадрой, линкор занял огневую позицию. Через десять минут после того, как установили связь с корректировочным постом, оглушительно грохнули залпы - главный калибр открыл огонь по сосредоточению боевой техники [48] гитлеровцев в поселке Старый Крым. Стрельбу вели, уходя от берега к югу. «Бойкий» шел впереди и бил из своих «стотридцаток» по Щебетовке: там, по данным разведки, тоже скопление войск. Стреляли хорошо, хотя и изрядно качало. В темноте отошли к Новороссийску. От командования 44-й армии, державшей оборону на приморском фланге, в штаб флота пришла телеграмма с высокой оценкой артиллерийского удара.

Вот так, тщательно планируя время операции кораблей, чтобы избежать атак авиации, учил Владимирский действовать своих командиров. «Скрытно, внезапно, грамотно тактически», - не раз повторял адмирал. Если же эти принципы нарушались, приходилось расплачиваться, подчас и кровью. 4 января тяжелые повреждения при налете авиации получил «Красный Кавказ», задержавшийся до рассвета в порту Феодосии.

Корабли эскадры почти ежедневно выходили в море, в том числе и для высадки тактических десантов. Такие десанты, обычно численностью до полка, флот высаживал в январе 1942 года на побережье Крыма не один раз. Командование фронта полагало, что десанты заставят врага рассредоточить силы, перебросить часть своих войск с Керченского полуострова.

К середине января 1942 года у Владимирского оставались в строю линкор, два крейсера и пять эсминцев. Остальные корабли ремонтировались, устраняя боевые повреждения, приводя в порядок механизмы и оружие. Ф. С. Октябрьский просил командование фронтом отменить планируемые десанты. Но просьбу отклонили. Штаб флота получил директиву о высадке тактического десанта в Судак. Руководить операцией комфлот приказал Владимирскому.

К полуночи 16 января отряд огневой поддержки - линкор и два эсминца - подошел к Судаку и открыл огонь по берегу. Противник был в растерянности, и высадка 226-го горнострелкового полка с крейсера, эсминцев и канлодки практически не встретила сопротивления. Не понесли потерь[49] и корабли, хотя появившиеся немецкие бомбардировщики пытались найти их в темноте. Линкор выдавало пламя, иногда вырывавшееся из стволов главного калибра. Но по приказанию Владимирского с приближением шума моторов самолетов огонь сразу же прекращался. Бомбы взрывались где-то рядом, прицельно бомбить враг не мог. Чтобы не обнаружить корабли, не били по самолетам и корабельные зенитки {8}.

Отряд кораблей под флагом Владимирского благополучно возвратился в Новороссийск. Но приуроченное к высадке в Судак наступление 44-й армии не началось. Более того, фронт отдалился от Судака на восток - войска Крымского фронта оставили Феодосию. Понятно, что в такой обстановке полк не мог решить поставленную задачу - захватить Судакскую долину и угрожать коммуникациям противника на Керченском полуострове. «Не пора ли подумать об эвакуации полка?» - спросил Владимирский у Елисеева. Но штаб фронта потребовал высадить в Судак еще один полк. 22 января, в день десанта, армии фронта намеревались начать наступление с Ак-Монайских позиций.

Из- за сильного шторма высадку перенесли. 544-й горнострелковый высадился 25 января. Наступление же фронта захлебнулось… Четыре дня спустя эсминец «Безупречный» и два катера-охотника пришли к Судаку с боеприпасами и продовольствием. С берега ответили огнем -там был враг {9}. Так несчастливо закончился январь. В записной книжке Владимирского в январе - феврале не раз встречается слово «десант». Видно, что он много размышлял об уроках десантных операций в Феодосию, Судак и Евпаторию. «Ненавижу не раз слышанное «на войне без жертв не бывает», - пишет командующий эскадрой. - Долг военачальника беречь солдатскую, матросскую кровь…» [50]

С необоснованными в должной мере решениями по десантам Владимирскому придется встретиться еще не раз, особенно когда он станет командующим флотом. И он будет жестко отстаивать свою позицию: десантную операцию - сложнейший вид взаимодействия армии и флота - нужно проводить, продумав все до конца. Нельзя забывать, что удержать захваченный плацдарм труднее, чем захватить его. Необходима уверенность в прорыве фронта врага, в том, что наступающие части успеют соединиться с десантом, прежде чем противник навалится на него превосходящими силами. А это значит, что десант лучше всего высаживать, когда успех наступления уже начинает обозначиваться.