Виктор Иванович Шленский потребовал цифровых доказательств и остался ими удовлетворен. В итоге капитан-лейтенант Федоров доложил на командный пункт бригады о том, что его ударная группа сократилась на две, а не на три единицы, как можно было предполагать, и ТКА-114 также готов к торпедной атаке вместе с тремя катерами новой конструкции.
Прощальную радиограмму своего ведущего услышал также и Павел. Он даже видел все издалека и позже так доложил об этом своим командирам:
«05- 32… Наблюдаю, что ТКА-13 остановился и тонет. ТКА-13 утонул в двух-трех кабельтовых от преследовавших его «охотников». (Имея в виду «егерботы».) Два «охотника» повернули на меня и открыли огонь. Два остановились у места, где затонул ТКА-13. Через минуту-полторы все четыре пошли на меня. Отстреливаясь, начал отходить…»
Отходил этот катер столь проворно, что у него перегрелись моторы. Капитан-лейтенант Федоров на пути в квадрат «Г-20» случайно натолкнулся на ТКА-213, который дрейфовал, то есть плавал по воле волн. Двигателям требовалось свежее смазочное масло, а запасов на катере не было. Федоров велел передать бедолаге три жестянки масла, чтобы тот мог вернуться домой.
В 06- 19 самолет-разведчик сообщил о четырех транспортах, приткнувшихся носом к скалам у заливчика по имени Саг-фиорд. Десяток кораблей охранения располагался дугой, чуть отступя. Неподалеку рыскал авангард «егерботов».
Слоеный ветер разбалтывал клочья старых дымзавес, и воздух стал мутноватым, как чай с молоком. Жидкий дым еще обволакивал, но уже не скрывал. Четыре силуэта, внезапно открывшись перед ударной группой, показались большими целями. ТКА-214 и ТКА-241 ринулись в атаку, но тут над силуэтами взвилась зеленая ракета, и Федорову стало все ясно.
- Осмотритесь! - предупредил он по радио. - Это «егерботы», и они вас заманивают…
В 06- 31 группа обнаружила под берегом главные силы конвоя. Торпедные катера развернулись трезубцем, увеличив скорость до самой большой. Концевой, Сто четырнадцатый, мчался вслед, но не так быстро, отставая на полметра за каждую секунду. На пути поднялись ветвистые водяные стволы, и сердцевины их стеклянно озарялись мгновенным адским огнем. Тяжелые осколочные снаряды береговых батарей падали вразброс, падали и поднимались всплесками, загородив путь жестким частоколом. Прошли еще две минуты, и к частоколу добавился плетень из перекрестных трасс кораблей охранения и «егерботов» передового отряда.
Тогда Федоров решил создать дымовой коридор. Старший лейтенант Шкутов на Двести четырнадцатом потянул завесу слева, отгораживаясь от крупных кораблей охранения, капитан-лейтенант Шуляковский на Двести сорок первом с правой стороны отсекал дымом отряд «егерботов». Оба катера отчаянно рисковали, отвлекая на себя прицельный огонь, зато между длинными параллельными дымами образовалась сравнительно спокойная зона, и по ней, как по тоннелю, неслись к главным целям флагманский ТКА-216 и далеко за ним, продолжая отставать, поспешил старичок Сто четырнадцатый.
Сложную картину морского боя - расположение среди дымов наших и вражеских сил - невозможно было охватить единым взглядом. Капитан-лейтенант Федоров, отдавая команды в микрофон, как бы смотрел на бой с высоты. И летчики-истребители воздушного прикрытия, которые на самом деле видели и наши катера, и атакованные ими корабли, были восхищены дерзким замыслом командира дивизиона.
- Здорово получается! - воскликнул по радио кто-то из них.
Двести сорок первый катер тянул завесу шесть долгих минут, затем торпедировал фашистский транспорт почти в упор. После взрыва Шуляковский отвернул влево, сбросил на воду несколько дымовых шашек, издали похожих на поврежденный, горящий на воде катер, а сам стремительно отошел.
Двести четырнадцатый катер дымил восемь минут, потом вырвался к другому транспорту и всадил в него торпеды. По сообщениям летчиков, на корме у этого транспорта возник сильный пожар.
Флагманский Двести шестнадцатый катер выбрал для себя самую трудную цель. С борта ее стреляло больше пушек. Огненные трассы снарядов протянулись в сторону катера колючим пучком вроде хвоста дикобраза. И тогда летчики-истребители Кириченко и Павлов атаковали транспорт с малой высоты, сметая боевые расчеты автоматических пушек, а командир флагманского, старший лейтенант Желваков, воспользовавшись замешательством врага, ловко выпустил торпеды. Обе попали в транспорт, и грузовые трюмы его, вывернувшись наизнанку, обрушились в море обломками.
Читать дальше